Доклад Юкио Мисимы императору полностью

Кейко: Вы, конечно, много слышали обо мне и правды, и лжи, но какое это имеет теперь значение? В течение двадцати лет я была, по существу, ничтожным созданием. Самые низкие воры и преступники окружали меня тогда. Они проникали ко мне, словно коты темной ночью, терлись о стены моего дома и мурлыкали. Но мой дом был давно покинут. В нем никто не жил. В 1966 году я отреклась от мира и вступила в женский монастырь Хоссо в Наре. И когда настоятельница обрила мою голову… (Кейко замолчала.) Прислушайтесь, вы слышите? Это крик лесного сорокопута, который накалывает свою добычу на шипы. У меня словно гора с плеч свалилась. Я ощутила прохладное прикосновение зеркала к своему темени и почувствовала облегчение. Но то была иллюзия. Я не заметила, как снова подпала под его власть. Четырнадцать лет назад я отправила свою горничную Коюми в женский монастырь Гессудзи. Семь тяжелых жестоких лет, после смерти моего супруга барона Омиёке и до 1952 года, когда был отменен оккупационный режим, она служила мне верно и преданно, слишком верно и слишком преданно. Ее чрезмерная преданность напоминала мне о моем позоре, о тех бесстыдных поступках, которые я совершала в течение этих семи лет и свидетельницей которых была Коюми, моя сообщница в любовных утехах.

Мать: Она признается в противоестественной связи с другой женщиной.

Жена: Лесбийская мерзость, вот что это такое.

Кейко: Я не предвидела, что мое появление в Гессудзи возбудит в Коюми чувства, которые дремали все эти четырнадцать лет.

Мать: Мирские грехи преследуют даже отшельников и аскетов.

Жена: В ней нет и следа раскаяния. Она намеренно воспламенила страсть в той глупой женщине. Представляю эту отвратительную парочку – мерзкую распутницу и моего мужа. Лесбиянка в объятиях содомита. Я никому – даже себе – никогда не позволяла говорить об отклонениях в поведении моего супруга. (Обращаясь к Кейко.) Мне было бы легче, если бы он изменял мне с какой-нибудь другой женщиной, а не с…

Мать: Простите ее, достопочтенная сестра. Жена моего сына говорит в порыве отчаяния.

Жена: Вы только послушайте ее! Я двенадцать лет состояла в браке с ее сыном, а она до сих пор называет меня его женой, а не своей невесткой. Она отказывает мне в этом праве! Но теперь я вдова, а не жена.

Мать: Лишь я одна достойна сострадания, достопочтенная сестра. Она была всего лишь его женой, но не матерью. Разве может моя скорбь сравниться с ее горем?

Кейко: Не называйте меня достопочтенной сестрой. Я потеряла свое монашеское имя. Мои волосы снова отросли.

Жена: И как же теперь вы предлагаете называть меня?

Мать: Тебе не следует обижаться.

Жена: Ей недостаточно быть его матерью, она считает себя его вдовой. Значит, мы здесь все три – его вдовы?

Кейко: Да, госпожа Хираока, видно, так распорядилась судьба. Я не чувствую себя из-за этого оскорбленной, но вы вправе обижаться.

Жена: О, я очень благодарна вам, жена номер три.

Кейко: Два года назад меня арестовали за убийство Коюми.

Мать: Но вмешался сенатор Ито Кацусиге, и вы наконец обрели покой в этом тихом убежище.

Жена: Мерзавец пришел на помощь мерзавке.

Кейко: (смотрит на Жену, которая говорит, обращаясь к зрителям.) Так распорядилась судьба. Впрочем, возможно, мне следовало оставаться в закрытой психиатрической лечебнице для совершивших преступление женщин. Послушайте… это снова сверчок. Мне кажется, что он ткет себе саван. «Почему вы это сделали?» – спросили меня. Но я отказалась разговаривать с ними, и меня признали безумной. Я никому не стала рассказывать о том, что произошло. Если бы я это сделала, люди только утвердились бы во мнении, что я сошла с ума. (Кейко поднялась, держа в руках мотыгу, словно оружие.) Но однажды, на пороге смерти, я нарушу молчание.

Мать: Живая богиня наводит на меня страх. Мне не следовало приходить сюда, теперь я это точно знаю.

Жена: Я хочу, чтобы вы рассказали нам обо всем.

Кейко: В полдень 25 ноября 1970 года я медитировала в своей келье. И вот мне явилось видение. Я увидела нечто, похожее на окровавленного новорожденного ребенка без головы. Нембуцу! Нембуцу! Я призвала Будду и попросила его избавить меня от этого отвратительного призрака.

Мать: Нембуцу! Нембуцу! В тот день, о котором вы говорите, в полдень я почувствовала страшную боль в утробе, как при родах. И у меня, старой шестидесятипятилетней женщины, пошла из матки кровь, как во время месячных. Мой возлюбленный возвратился ко мне.

Жена: Что они такое говорят? Суеверный бред получившей отставку любовницы и безумной матери, которая всю жизнь мечтала совершить инцест. И что же произошло потом?

Мать: Вы поняли, что означало это видение?

Кейко: Я не знала, что он умер. Известие об этом пришло ко мне позже.