— Ты спросила, как я тебя нашёл. Знаешь, мне и раньше снились довольно странные, очень реалистичные сны. А в этот раз, когда я был в Ижевске, мне приснилось, как мы с тобой ходим по Алексеевску, а потом заходим в дом моих родных. Это было очень реалистично, хотя дома давно нет. Ты была в хлопчатобумажном платье в мелкий цветочек и в коричневых босоножках. И я называл тебя Алиса. Проснувшись, я решил довериться сну, позвонил знакомому из Технического и попросил найти для меня координаты всех девушек по имени Алиса, которые там учатся. В Техническом оказалось всего две Алисы, но когда я прочитал "Алиса Кузовлева", сразу понял, что это именно ты. Вот и всё. Просто, но в то же время, странно.
— Значит, воспоминания посещают тебя во сне? — задумчиво спросила Алиса.
— Воспоминания? Думаешь?
— Уверена.
— А воспоминания о чём?
— Твои воспоминания из прежних жизней.
— Ого! — Вася снял очки, положил их на столик и потёр лоб. — Хотя, знаешь, после того, как я нашёл тебя, благодаря сну, меня уже сложно удивить.
— А какие ещё сны у тебя бывают?
— Ну если из странных, но в то же время, реалистичных… Мне часто снятся какие-то огненные столбы. Я даже воздух чувствую, тёплый, влажный, густой и наэлектризованный. Ещё мне часто снится какая-то пустая школа, снится избушка в лесу. А ещё мне часто снилась ты, и я говорил с тобой, но не видел твоего лица. После того, как нашёл тебя в переходе, ты впервые приснилась мне так, что я тебя разглядел.
— А что с домом, Вася? Почему его снесли?
— Это долгая история. Наверно, расскажу уже тогда, когда поедем домой, и вокруг не будет посторонних.
…— Я родился в Москве, в тысяча девятьсот девяносто девятом году. Мне пока двадцать два года, но скоро исполнится двадцать три, — начал Василий свой рассказ, когда они возвращались.
Трасса была по-прежнему свободна, но Вася на этот раз не спешил.
— Когда я появился на свет, моей матери было всего шестнадцать лет. Об отце я ничего никогда не слышал. Как только маме исполнилось восемнадцать, она оставила меня на попечение бабушки и уехала за границу. С тех пор мы ничего не слышали о ней. Бабушка вырастила меня одна. Она всегда говорила, что очень счастлива, потому что судьба крайне редко даёт второй шанс, а ей дала. Незадолго до того, как покинула этот мир, она рассказала мне странную историю.
Алиса уже всё поняла и знала,
— Когда-то давно мои предки жили в Москве, а здесь оказались уже мои прапрадед и прапрабабка, — приехали в эвакуацию, когда началась Великая Отечественная. В тысяча девятьсот сорок третьем году родилась моя бабушка. В тысяча девятьсот шестидесятом, едва окончив школу, она родила сына. Но тогда она морально не готова была стать матерью. Увы, так часто бывает: физиологически созрела, а морально — нет. Потому она с лёгким сердцем оставила моего дядю, который был моим тёзкой, со своей матерью, а сама уехала в Москву. Она считала, что её место там, поскольку род наш пошёл оттуда. Сменила фамилию Бартова на Барт, поскольку именно Барт — наша настоящая фамилия. Выучилась на фельдшера и устроилась на работу в медпункт одного из научно-исследовательских институтов. Там бабушка и встретила своего будущего мужа. Он был старше её на двадцать три года, женат. Его старшая дочь была немногим моложе бабушки. Это бабушку не остановило, и ей удалось увести любовника из семьи. Они прожили вместе шестнадцать лет, но бабушке так и не удавалось забеременеть. А летом тысяча девятьсот восемьдесят второго года таинственно исчез сын бабушки, тот самый, который жил здесь. История очень загадочная, и никому не удалось найти разгадку. Исчез бесследно, будто испарился. Вскоре бабушка узнала о том, что ждёт ребёнка. Правда, мужа бабушки подвело сердце, и он не дожил до появления на свет его младшей дочери, той самой, что потом в шестнадцать лет родила меня. Фотографий моего загадочно исчезнувшего дяди не сохранилось, но бабушка всегда утверждала, что мы с ним не просто очень похожи. Она была уверена, что я — это он, а она всё искупила. После того, как мужа бабушки не стало, она ещё до рождения дочери переехала в квартиру, некогда принадлежащую Бартам, не стала претендовать на имущество покойного мужа, отказалась в пользу его дочерей. А квартиру Бартов она завещала мне. Самой бабушки не стало, когда я учился на первом курсе. Вскоре меня нашли юристы по просьбе администрации Алексеевска; оказалось, что я единственный собственник старого дома. Место нужно было под строительство, и мне предложили продать дом и землю. Я согласился, потому что не собирался жить в этом доме. Однако, приехав сюда, я решил здесь остаться. Столица всегда тяготила меня, давила. Почему-то меня стало неудержимо тянуть сюда, так, словно бо́льшая часть моей души находится здесь. Кажется, теперь я понял, почему.
Вася бросил быстрый взгляд на Алису.
— И ты оставил столицу? Переехал сюда?
— Точно. Продал квартиру, купил себе здесь хоромы и перевёлся в местный медицинский вуз. Уже четыре года я живу здесь.
— А что стало с вещами, когда ты продал дом?