– Но кто это сделал?– допытывался Парсонс. – Кто копировал чертежи, кто строил? Ведь это огромный риск, значит, и цель была серьезная.
– Цель,– ответила Лорис,– сохранить тело моего отца.
Парсонс почувствовал, как у него сильно забилось сердце.
– Значит, Куб построили после его смерти?
Собеседники промолчали. Спустя некоторое время Лорис произнесла:
– Я согласна с Хельмаром. Не понимаю, что общего это имеет с вашей задачей.
– Значит, я наемный работник, а не добровольный помощник, и не имею права на откровенность?
Хельмар зло сверкнул глазами, Лорис же выглядела скорее озабоченной, чем сердитой.
– Вовсе нет,– смущенно ответила она. – Видите ли, риск и впрямь очень велик, поэтому вам лучше не знать лишнего. В самом деле, доктор. Когда вы лечите пациента – больного или раненого,– разве вас интересует его биография, цель его жизни, убеждения, мировоззрение?
– Нет,– признал Парсонс.
– Мы заплатим. И перенесем вас в любой период, на ваше усмотрение. – Лорис сидела напротив него и улыбалась заискивающе, многообещающе.
– У меня есть жена,– сказал Парсонс. – Я ее люблю и хочу к ней вернуться. Больше мне от вас ничего не нужно.
– Мы знаем,– произнес Хельмар. – Видели вашу жену, когда искали вас.
– Зная об этом,– сказал Парсонс,– вы все-таки перенесли меня сюда без моего ведома и согласия. Из чего следует: вам все равно, что я думаю и чувствую. – Помолчав, он добавил:
– Для вас я всего-навсего раб.
– Доктор, вы не правы. – На глазах Лорис блеснули слезы. – Вы не обязаны нам помогать. Если хотите, можете хоть сейчас вернуться в свое время.
Она встала, сдавленно произнесла "извините" и выбежала из комнаты.
***
– Доктор, поймите и вы ее,– спокойно проговорил Хельмар и глотнул кофе. – До вашего появления у Лорис не было ни единого шанса. Допустим, я вам не нравлюсь, но ведь это не играет никакой роли. Давайте считать, что вы поможете не мне, а ей.
"Пожалуй,– сказал себе Парсонс,– в этом есть смысл".
Но все-таки Лорис, хоть и пошла на попятный, так и не дала ему прямого и честного ответа. "Но почему они так упорно скрытничают,– недоумевал Парсонс. – Если не доверяют мне, почему показали человека в Кубе? Почему готовы допустить меня к нему со скальпелем в руке? Или боятся, что я не соглашусь помочь, если разузнаю о них побольше?" Решив до поры до времени оставить эти мысли, он погрузился в молчание и, подобно Хельмару, отдал должное кофе "ройял". Бренди был очень хорош – настоящий коньяк. Наконец Хельмар поставил чашку и поднялся.
– Ну что, доктор, вы готовы к осмотру пациента?
– Да,– сказал Парсонс. – Пойдемте.
Двое мужчин и женщина стояли рядом и напряженно следили за механизмами, приближавшими к ним Куб. Наконец тот остановился. В зале горело множество ярких ламп, в их свете Парсонс увидел, что Куб слегка подался назад и почти тотчас замер. В его глубине медленно покачивалось безжизненное тело. Меднокожий бог висел между мирами живых и мертвых и ждал воскрешения.
Зал был переполнен. Появились все те, кто до сего момента старался держаться в тени. Парсонс смотрел во все глаза, он даже не подозревал, что в дело Лорис вовлечено столько людей. Требовалась целая армия техников, чтобы поддерживать жизнь в Вигваме.
Неужели они так похожи друг на друга, или у него просто разыгралось воображение? Конечно, у всех людей в этом мире есть черты сходства – например, волосы, строение черепа. Костюмы Волков отличались от увиденных Парсонсом в городе только эмблемой на груди. Но в облике собравшихся было нечто большее. Кожа с рубиновым отливом. Густые брови. Высокие лбы.
Раздувающиеся ноздри. "Как будто все они из одной семьи",– подумал Парсонс. Он насчитал сорок мужчин и шестнадцать женщин. И сбился со счета. Люди Двигались, перешептывались, занимали места, чтобы наблюдать за его, Парсонса, действиями. Они хотели видеть каждое его движение.
А тем временем техники Вигвама открывали Куб.
Мощные насосы быстро откачивали жидкость. Еще несколько минут, и труп лишится спасительной холодной среды. Парсонс нервничал.
– Что здесь делают эти люди?– хмуро произнес он. – Придется открывать ему сердце, ставить насос.
Вы хоть представляете, что такое инфекция? Пусть они уйдут.
Мужчины и женщины услышали его, но никто не пошевелился.
– Они считают, что вправе тут находиться,– сказал Хельмар.
– Но вы же сами говорили, они ничего не знают о медицине, о гигиене.
– С той девушкой, Икарой, вы работали при большом скоплении людей,– возразил Хельмар. – К тому же в вашем чемоданчике большой запас антисептиков, нам удалось выяснить, для чего они предназначены.
