Всхлипнув, она высвободилась из его рук и побежала к двери. Парсонс догнал ее, обнял, остановил.
– В чем дело?– Он вглядывался в ее лицо, пытаясь найти ответ. Не позволял ей отвернуться.
– Я... – начала она. В этот момент входная дверь распахнулась, появился Хельмар.
– Лорис, там... – В этот миг он увидел Парсонса. – Доктор, скорее!
Они побежали по коридору, затем по лестнице. В комнате, где лежал отец Лорис, сиделки расступились перед ними. Краем глаза Парсонс заметил кругом сложное недомонтированное оборудование. Отец Лорис лежал на кровати, нижняя челюсть отпала, глаза остекленели. Неподвижный взор был устремлен в потолок.
– Консервант!– распорядилась где-то в стороне Лорис, пока Парсонс торопливо доставал свои инструменты. Откинув покрывало, он обмер от изумления. Из груди мертвеца торчал оперенный конец стрелы.
– Опять!– с отчаянием произнес Хельмар. – Мы думали... – Он не договорил, лицо исказила мука. – В консервант его!– закричал он вдруг, и сиделки гурьбой кинулись к мертвецу, оттеснили Парсонса от кровати.
Парсонс смотрел, как труп переносят в большой зал, кладут в Куб, заливают консервантом. Очертания мертвеца слегка расплылись в жидкости. Через некоторое время Лорис произнесла:
– Что ж, мы были правы.
Парсонса изумила злость в ее голосе; он еще никогда не видел такого выражения на женском лице. Лютая, неутолимая ненависть.
– Правы?– с трудом выговорил он. – Насчет чего?
Она подняла голову и взглянула на него. В ее зрачках горели крошечные огни.
– Значит, у нас есть враги,– сказала она. – Это они нам мешают. Они тоже властны над временем. Они толкают нас под руку и радуются. – Она рассмеялась. – Да, радуются. Издеваются над нами. – Взмахнув подолом шелкового платья, она отвернулась от Парсонса и исчезла в толпе техников.
Парсонс отступил и повернулся. На Куб опускалась прозрачная крышка. Мертвец вернулся в привычную среду – ждать очередного воскрешения.
Хельмар, стоявший рядом с ним, пробормотал:
– Вашей вины здесь нет.
Они смотрели, как отодвигается Куб.
– Да, у нас есть враги,– проговорил Хельмар. – Мы не раз возвращались в прошлое, чтобы предотвратить его гибель. Но до сих пор считали, что нам препятствует явление природы, некий феномен времени.
И вот – оправдались самые худшие опасения. Безликая сила тут ни при чем.
– Возможно,– сказал Парсонс. – Но не следует искать причину ваших несчастий там, где ее нет.
"Они немного параноики,– решил он. – Что ж, пожалуй, и у меня бы на их месте возникла мания преследования".
– Лорис мне сказала, никто из вас не понимает до конца природы времени. А что, если...
– Нет,– спокойно перебил Хельмар. – Я знаю, в чем причина неудач. Все мы знаем.
Увидев что-то за спиной Парсонса, он умолк. Парсонс хотел задать вопрос, но слова застряли в горле, когда он оглянулся.
Он видел ее впервые. Несколько секунд назад она беззвучно вошла в зал в сопровождении двух вооруженных стражей. При ее появлении толпа взволнованно зашевелилась.
Она была стара. А ведь Парсонс еще ни разу не встречал в этом мире пожилых.
К ней подошла Лорис и сказала:
– Он мертв. Им снова удалось его убить.
Неслышно ступая, пожилая женщина приблизилась к Кубу, посмотрела на мертвеца. Даже в преклонные годы она сохранила редкостную красоту. Высокая, статная; на плечи ниспадает каскад седых волос. Высокий лоб, густые брови, прямой нос. Лицо волевое, властное. Похожее на лица окружающих Парсонса людей.
И на лицо человека в Кубе. Все обитатели Вигвама походили на эту женщину.
Высокая старуха коснулась стенки Куба. Все молча смотрели на нее. Лорис взяла ее за руку.
– Мама...
Вот оно что! Старуха – мать Лорис, вдова человека в Кубе.
"Совпадает,– подумал Парсонс. – Он тридцать пять лет плавает в консерванте. Старухе, наверное, под семьдесят. Эта пара, супружеская чета, дала жизнь властному, сильному существу, которое теперь правит племенем Волка. Самому ценному для общества человеку из ныне живущих. Лорис.
– Мама,– сказала Лорис,– мы снова попытаемся.
Обещаю.
Старуха вдруг заметила Парсонса, и на ее лице появилась неприязнь.
– Кто вы?– спросила она сочным, звонким голосом.
– Это врач,– сказала Лорис. – Он пытался реанимировать Корита.
Старуха не сводила с Парсонса ледяного взгляда. Но постепенно выражение ее лица смягчилось.
– Это произошло не по вашей вине,– сказала она наконец.
Она постояла у Куба несколько мгновений, посмотрела на мертвеца.
– Да,– сказала она. – Попробуем еще раз. Позже. – На ее лице застыла печаль. Она напоследок взглянула на Куб и, сопровождаемая телохранителями, направилась к лифту, на котором поднялась сюда с одного из нижних ярусов этого огромного улья, из неведомых подземелий, где Парсонс ни разу не бывал и, скорее всего, не побывает. Из секретного, бдительно охраняемого ядра Вигвама.
Все мужчины и женщины молчали и не шевелились, когда старуха проходила мимо. Головы были почтительно склонены. Эти молодые, сильные, красивые люди безоговорочно признавали авторитет седой старухи с царственной осанкой, матери Лорис.., матери их всех?!
