– Что ж, в таком случае мне нечего делать за этим столом, – произнесла Ангела, слезла со стула и на ягодицах поползла из зала.
– Пожалуй, мне тоже. – Эммануэль вытер рот салфеткой. – Merci.
Он спрыгнул со стула и последовал за Ангелой.
– Эй, куда вы? – спросил Дональд.
– Господа, господа, постойте! – стал приподниматься граф Савва. – Право, это не повод нас всех…
Но брат схватил его за запястье:
– Это повод. Садись.
Савва повиновался.
Ангела и Эммануэль покинули зал.
– Это серьёзный повод, брат, – повторил граф. – Моно сказал правду. Она для них до сих пор горька.
– Синьор, что вы несёте, чёрт возьми! – отшвырнул приборы Сильвио. – Кто дал мне пинка? Покажите этого человека!
– Вам дало пинка время, – жёстко отчеканил Моно, глядя поверх Сильвио.
– Мне? Время? Это я дал ему пинка! Я дал пинка моей сонной стране, и она полетела в будущее, как ракета! Вы идиот и ничего не смыслите в политике. Мир до сих пор плачет, вспоминая нас, правда, Владимир?
– Это не я… – жевал тот.
– Простите, господа, нашего семейного астролога, он всегда резок, а часто – жесток в суждениях, – заговорила графиня. – И с нами тоже.
– Мы, видите ли, разбудили homo medii aevi! Да он и без нас жил всегда, во все времена! Жил и здравствовал!
– Но не всегда вылезал наружу, – парировал Моно.
– Чушь! Он царствовал весь двадцатый век! Сталин, Гитлер, Мао, Пол Пот! Наш дуче с ним вполне договорился, но обстоятельства оказались сильнее!
– Я знаю, что со мной будет завтра! – вдруг выкрикнул Дональд. – То же самое, что и сегодня!
– И я знаю, что будет со мной! – продолжил Сильвио. – А вот вы, милостивый государь, не знаете, что будет с вами через десять минут!
Сильвио приподнялся, глядя на Моно, который невозмутимо жевал, всё так же посматривая мимо всех.
– Вы подлец! Вы оскорбили моих друзей, я вызываю вас!
Все замерли.
– Дуэль? – усмехнулся Моно.
– Да, дуэль! Мы будем драться сейчас. Здесь, в этом зале!
– На пистолетах?
– Нет! Как оскорблённый, я выбираю оружие. На шпагах! Граф, надеюсь, они у вас найдутся?
– Обижаете! – заулыбался граф, оживившись. – Пров!
– Ваше сиятельство? – вскочил тот.
– Подать шпаги!
Есаул выбежал из зала.
Моно встал и вышел из-за стола.
– Это не я… – Владимир успокаивающе взял было Сильвио за руку, но тот вырвался, спрыгнул со стула и встал напротив Моно.
Моно скрестил длинные, худые руки на груди. Он был абсолютный антипод круглого, маленького Сильвио – высокий, худой, с большой лысоватой головой. Лицо его, бледное, тонкогубое, со впалыми щеками и глубокими тёмными глазами, по-прежнему ничего не выражало. Покачивающийся же на ягодицах Сильвио весь пылал гневом – огромные губы разошлись, большие глаза хлопали ресницами.
– Ваш астролог умеет фехтовать? – спросила Маша графиню.
– Он всё умеет, – нервно усмехнулась та и произнесла громко: – Господа! Думаю, что не стоит спор о прошлом заканчивать дуэлью! Это глупо! Господин Моно принесёт свои извинения, и всё порешим миром.
– И выпьем шампанского за примирение! – подхватил граф Савва.
– Прошлого и настоящего! – просяще протянула руки графиня.
– Дуэль – это грех, – покачал головой батюшка.
– Грех, грех! – басил дьякон.
– Грехи, грехи мои гнойны-ы-ыя! – вскрикнула Агафья, швырнув яблоком в собак.
– Я готов извиниться, – произнёс Моно с полуусмешкой.
– Никаких извинений! – выкрикнул Сильвио.
– К чёрту извинения! – закричал Дональд. – Я никогда не извинялся! Чёртова мода демократов! Они, видите ли, требуют преклонить колено! Fuck off!
– Это не я, это не я… – с досадой бормотал Владимир.
– Что-то… многовато для одного дня, – проворчала Маша, взглядом ища у Гарина поддержки.
Гарин молчал, с сумрачным изумлением глядя на дуэлянтов.
– Коктейль № 7 мы не взяли с собой… – ответила за него Пак.
Вошёл есаул с двумя старинными шпагами. Граф Данила забрал их у него и, держа шпаги клинками вниз, обратился к дуэлянтам:
– Господа, как хозяин дома предлагаю вам помириться. Честь – великая вещь, но жизнь человеческая не всегда подходящая цена за неё, поверьте мне. Особенно в нынешнее время.
– Я готова примирить вас, – заговорила графиня. – Синьор, мсье Моно у нас на службе, так что я, графиня Сугробова, официально приношу вам самые искренние извинения за него.
– Никаких примирений! – дернулся всем своим клубнеобразным телом Сильвио.
Возникла неловкая пауза. Графиня побледнела.
– Синьор, – продолжила она. – Если вы так оскорблены, я могу лично высечь мсье Моно здесь, в этом зале, на глазах у всех. Это принесёт вам сатисфакцию?
Сильвио задумался, почмокал губами.
– Нет! – выпалил он. – Только дуэль.
Граф выждал ещё мгновенье со шпагами на весу, затем отдал их дуэлянтам, отошёл и скомандовал:
– En guarde!
Дуэлянты изготовились. Сразу стало видно, что они не впервые взяли в руки шпаги. Сильвио, встав на правую ягодицу, вытянул вперёд правую руку со шпагой, левую откинул назад, растопырив все четыре пальца. Астролог, стоявший всё это время словно виселица, взяв шпагу в левую руку, присел, как бы разломившись на жёсткие составные части, и стал сразу похож на паука.
– Allez!
