Вежа кричала в моей голове: «ОПАСНОЕ СБЛИЖЕНИЕ! ДИСТАНЦИЯ — ТРИ КАБЕЛЬТОВА! РАСЧЕТНОЕ ВРЕМЯ ДО СТОЛКНОВЕНИЯ — ДВЕ МИНУТЫ! ТЕМПЕРАТУРА НА БОРТУ БРАНДЕРА КРИТИЧЕСКАЯ! ВЫСОКАЯ ВЕРОЯТНОСТЬ ВЗРЫВА ПОРОХОВЫХ ПОГРЕБОВ ПРИ СТОЛКНОВЕНИИ! НЕОБХОДИМ НЕМЕДЛЕННЫЙ МАНЕВР УКЛОНЕНИЯ!»
Но какой маневр⁈ Мы были слишком близко! А «Морской ворон», несмотря на все свои преимущества, был слишком большим и тяжелым кораблем, чтобы мгновенно изменить курс или набрать скорость! Горящая громадина английского флагмана неумолимо приближалась, неся с собой жар, смерть и разрушение. Столкновение казалось неизбежным. И если их пороховые погреба действительно взорвутся при ударе… это будет конец. Конец для «Морского ворона». Конец для меня. Конец для Вольной Компании. Конец всем моим планам на это проклятое прошлое.
Я смотрел на приближающийся огненный ад, чувствуя, как ледяной пот стекает по спине, а сердце колотится где-то в горле. Неужели Кокс все-таки переиграл меня? Неужели это конец?
Огненная стена неслась на нас, изрыгая жар и клубы черного, удушливого дыма. Флагман Кокса, превращенный им в гигантский брандер, стал орудием отчаяния, последним аргументом проигравшего игрока. Расстояние таяло на глазах — два кабельтова, полтора… Рев пламени, пожиравшего дерево и смолу, перекрывал грохот боя, а невыносимый жар уже заставлял отступать от борта даже самых закаленных пиратов. Вежа вопила в моем сознании о неминуемом столкновении, о невозможности уклониться, о вероятном взрыве пороховых погребов, который разнесет «Морского ворона» в щепки. Холодный пот струился по спине, сердце билось где-то в горле сухим, частым стуком. Неужели это все? Неужели Кокс, этот дьявол из будущего, все же нашел способ уничтожить нас в самый последний момент?
Паника начала расползаться по палубе. Матросы, еще минуту назад предвкушавшие богатую добычу с захваченного флагмана, теперь с ужасом смотрели на неумолимо приближающийся огненный ад. Их лица, еще недавно раскрасневшиеся от азарта боя, исказились от первобытного страха перед огнем. Кто-то истошно завопил, кто-то начал бессмысленно метаться по палубе, ища несуществующее укрытие. Даже Стив, мой кремень-боцман, обычно сохранявший ледяное спокойствие в любой переделке, стоял рядом, широко раскрыв глаза, и сквозь сжатые челюсти бормотал яростные морские проклятия в адрес Кокса и всех его предков.
— Право руля! Самый полный вперед! — перекрикивая рев пламени и собственный подступающий страх, заорал я рулевому, стоявшему за штурвалом с побелевшими костяшками пальцев. — Попробовать уйти! Отвернуть немедленно!
Но в глубине души я понимал — это жест отчаяния, бесполезная попытка. «Морской ворон» был слишком велик, слишком массивен, его инертность не позволяла совершать резкие маневры. Чтобы изменить курс или набрать хоть какую-то значимую скорость, ему требовалось драгоценное время, минуты, которых у нас уже не было. Пылающая громадина вражеского флагмана была уже слишком близко, надвигалась неотвратимо, как сама судьба. Столкновение казалось фатально неизбежным.
«Вежа! — мысленно взмолился я, обращаясь к бесстрастному разуму системы, ставшей частью меня. — Есть хоть какой-то выход? Хоть малейший шанс⁈ Что угодно!»
«Расчеты показывают 98,7% вероятность прямого столкновения при текущих параметрах, — ровно и холодно ответил голос системы, отчего моя надежда почти угасла. — Однако, существует 1,3% вероятность минимизации ущерба при немедленном выполнении корректирующего маневра. Рекомендую: активировать систему пожаротушения по всему левому борту превентивно. Отдать приказ команде немедленно занять укрытия или лечь на палубу для снижения потерь от ударной волны и летящих обломков. Максимально отвернуть нос корабля вправо, подставив под удар кормовую оконечность левого борта. Расчеты показывают, что при удачном стечении обстоятельств удар придется по касательной, и основную энергию столкновения примет на себя бронированный пояс в кормовой части, где он наиболее прочен».
По касательной! Вот он! Призрачный, ничтожный, но все-таки шанс! Один шанс из ста! Но это было лучше, чем гарантированная гибель.
— Лево на борт! Держать так! — отменив предыдущий приказ, крикнул я во всю мощь своих легких. — Рулевой, держать курс! Подставить под удар корму левого борта! Артиллеристы левого борта, канониры — в укрытие! Всем на палубе — лечь! Немедленно! Приготовиться к удару!
Команда, услышав четкий, пусть и кажущийся самоубийственным приказ, немного пришла в себя от первоначального шока. Дисциплина взяла верх над паникой. Матросы бросились на доски палубы, прячась за толстым фальшбортом, массивными основаниями мачт, чугунными телами орудий. Рулевой, напрягая все мускулы, изо всех сил налег на огромное колесо штурвала, пытаясь выполнить последний, отчаянный маневр. «Морской ворон», скрипя всеми своими деревянными и металлическими сочленениями, медленно, мучительно медленно начал отворачивать свою массивную, окованную броней корму навстречу ревущему огненному монстру.
