Доктор Кровь полностью

Но и я тоже кое-чему научился. Занятия по стилю Вин-Чун натренировали меня двигаться с поистине молниеносной скоростью, а постоянные сборы и состязания по стрельбе в ФПСР отточили технику владения короткоствольным оружием. Упасть, перекатиться, встать на колено и выпустить остаток десятизарядного магазина было для меня делом нескольких секунд.

В течение этого мизерного времени несколько серебряных посланцев окончательной смерти для не-жизни нашли свои цели.

Грудная клетка одного из них словно бы взорвалась осколками ребер и кровавыми ошметками плоти. Полукруглая пуля деформировалась, ее оболочка разорвалась, и серебряная амальгама выплеснулась внутрь — поразив вампира прямо в сердце! Аргентум обжег его благородным ядом, разорвал сердце чудовища!

Другая пуля попала еще одному демону крови в печень, гидродинамический удар серебряной амальгамы изорвал ее, оставив в теле кровопийцы огромную рваную рану. Чудовище осталось корчиться в грязи, лужа под ним окрасилась проклятой кровью.

Третьего кровососа я пожалел: прострелил ему ноги. Серебряные экспансивные пули раздробили ступни и коленные чашечки. А жидкий аргентум, растворенный в ртути, словно гангрена, разъедал кости и мягкие ткани нижних конечностей.

— Скажи своему главному: я желаю поговорить с ним, — я спрятал пустой магазин в карман и вставил новый десятизарядный в широкую рукоятку «Пустынного Орла». Лязгнул массивным затвором. — И я иду к нему.

— Че-ло-век… — простонал раненый упырь.

— Это звучит гордо! Запомни это, тварь…

Дождь не прекращался, хмурые облака плыли по небу, превращая полдень в сумерки. Найти лодку в Кронштадте было несложно. Сложнее было пройти, не привлекая к себе внимания, по Кронштадтской гавани. Все же это была режимная зона Дважды Краснознаменного Балтийского флота. По акватории постоянно курсировали буксиры и катера, изредка проходил боевой корабль: корвет, «десантник» или ракетно-артиллерийский эсминец. Курсировали здесь не только суровые повелители морей, выкрашенные серой — «шаровой» — краской. Попадались и пестрые экскурсионные суденышки. Последние появились в этих суровых водах совсем недавно, когда Кронштадт стал более-менее открытым для широкой публики.

Среди всех этих плавсредств затесалась и моя «моторка». Сейчас я направлялся к самому сумрачному строению, расположенному недалеко от Лесных ворот, рядом с главным Кронштадтским фарватером.

Раньше мрачный бастион оберегал главную базу молодого флота Петра Великого, а потом стал форпостом борьбы с одним из самых страшных врагов Человечества. Сейчас он стоял позабытым, позаброшенным среди суровых волн Балтики.

Мне вспомнился отрывок из рассказа Валентина Пикуля «Письмо студента Мамонова»:

«Катер спешил в сизые хляби Финского залива. Слева по борту, словно в сказке, разгорались феерические огни Петергофа и Ораниенбаума, справа массивной глыбой заводов и доков вырастал Кронштадт…

Наконец из воды показывалось громоздкое сооружение, словно изваянное циклопами, — это был форт „Александр I“, над которым реял черный флаг, а возле пристаньки качался под ветром фонарь и виднелась одинокая фигура жандарма.

Катер подруливал к пристани, никогда не подавая швартовов, будто боясь коснуться стен этого форта, и жандарм принимал пассажира в свои объятия.

— Оп! — говорил он. — Вот мы и дома. Милости прошу…

Открывались тяжкие крепостные ворота, изнутри форта шибало промозглым холодом ознобленного камня. По витой лестнице прибывший поднимался наверх, снимал пальтишко и, толкнув двери, попадал в просторное помещение, где его встречали. Встречали смехом, новостями, шутками, расспросами, шампанским. Это были чумологи, а форт „Александр I“ был „чумным фортом“: именно здесь, вблизи столицы, русские врачи, добровольные узники форта, давали бой заразе…»

Серая громада «Чумного форта» — «Александр I» все приближалась, вырисовываясь угрюмым силуэтом сквозь мутную пелену дождя. Где же еще, как не здесь, мог устроить свое логово Глава кровососов Северной Пальмиры?..