Преподобный Ориел утешил невесту произнесенными шепотом самыми нежными словами, которые только смог себе позволить, и вдохновленная на подвиг Беатрис отправилась исполнять просьбу брата.
Посланницу немало удивила манера, в которой выслушали ее просьбу, когда с огромным трудом, дрожа и запинаясь, она изложила ее.
– Что же, дорогая, не имею ни малейшего возражения, – сказала леди Арабелла. – То есть, конечно, если Мэри настроена вести себя прилично.
– Ах, мама! Даже не сомневайся! – воскликнула Беатрис. – Она умеет держаться безукоризненно.
– Надеюсь, дорогая. Но, Беатрис, у меня есть определенные условия. Я никогда не испытывала неприязни к мисс Торн, так что если она даст Фрэнку понять, что не собирается выслушивать его безумные предложения насчет женитьбы, буду счастлива видеть ее в Грешемсбери, как прежде.
Беатрис не нашла ответа на ультиматум, хотя ясно понимала, что подруга и не подумает в чем-то убеждать Фрэнка по распоряжению его матушки.
– Скажу тебе, дорогая, как я поступлю, – продолжила леди Арабелла. – Сама навещу Мэри.
– Что? Ты пойдешь к доктору Торну?
– Почему бы и нет? Я и раньше там бывала.
Леди Арабелла живо вспомнила последний визит и вполне определенное чувство, что больше никогда и ни за что не войдет в стан врага. И все же чего не сделаешь ради непокорного, но горячо любимого сына!
– Ах, точно! Я вспомнила.
– Нанесу ей визит и, если найду силы, попрошу стать одной из твоих подружек. А потом ты договоришься с ней о деталях. Будь добра, милая, напиши мисс Торн записку и сообщи, что завтра в двенадцать я явлюсь к ним с визитом. Внезапный приход может ее встревожить.
Беатрис исполнила поручение, хотя заранее почувствовала, что ничего из этого не выйдет. Да и записка вовсе не требовалась, поскольку расстройством нервов Мэри не страдала. Но, с другой стороны, предупреждение давало возможность подготовиться и заранее решить, какую информацию имеет смысл представить посетительнице, а о чем лучше умолчать.
На следующий день в назначенный час леди Арабелла подошла к дому доктора Торна. Ее появление на деревенской улице всегда создавало легкую панику среди обитателей. Самого сквайра жители Грешемсбери прекрасно знали и часто видели, чего не скажешь про ее светлость, поэтому уже через десять минут после того, как знатная особа вошла в калитку доктора, новость разнеслась по окрестностям, а еще до того, как она покинула дом, миссис Амблби и мисс Гашинг определили точную причину необычайного события.
Узнав о предстоящем визите, доктор Торн постарался освободить территорию: Мэри получила привилегию принять леди Арабеллу в одиночестве. Ее светлость держалась в высшей степени любезно, хотя, по мнению Мэри, слишком снисходительно, но, возможно, она судила пристрастно. Леди Арабелла жеманничала, улыбалась, спрашивала о дядюшке, о кошке, о Дженет и вообще говорила все, что могло бы заинтересовать особу не столь разумную, как Мэри Торн.
– А теперь, дорогая, объясню, зачем пришла.
Девушка чуть склонила голову, давая понять, что готова внимательно выслушать все, что посетительница сочтет нужным сообщить.
– Конечно, тебе известно, что Беатрис выходит замуж. Свадьба, скорее всего, состоится в начале сентября, то есть очень скоро. Бедная девочка умирает от желания видеть тебя среди подружек невесты.
Мэри слегка покраснела, однако всего лишь ответила, да и то достаточно холодно, что признательна Беатрис за доброту.
– Хочу заверить, Мэри, что она, как прежде, искренне тебя любит. Собственно, как и я, как все мы. Мистер Грешем всегда оставался твоим другом.
– Да, за что я ему очень благодарна, – так же без эмоций сказала девушка.
Леди Арабелле повезло, что собеседница умела держать себя в руках: если бы заговорила искренне, шансов на примирение просто не было бы.
– Чистая правда. Думаю, все мы старались радушно принимать тебя в Грешемсбери… до этих неприятных событий.
– О каких же событиях вы говорите, леди Арабелла?
– Беатрис очень расстроится, если тебя не будет на свадьбе, – продолжила ее светлость, оставив вопрос без внимания. – Вы с ней провели вместе так много времени, что девочка не сможет почувствовать себя счастливой, если тебя не будет рядом.
– Милая Беатрис! – воскликнула Мэри, на миг согретая искренним чувством.
– Вчера она пришла ко мне с просьбой отменить любые возражения относительно твоего участия. Ответа я пока не дала. Что, по-твоему, следует ответить?
Пораженная вопросом, Мэри некоторое время молчала, потом переспросила с недоумением:
– Что ответить?
– Да. Какой ответ, на твой взгляд, будет правильным? Спрашиваю, потому что ты – самое заинтересованное лицо.
Мэри задумалась, а потом твердо сказала:
– Думаю, вам следует объяснить Беатрис, что, поскольку в настоящее время вы не в состоянии радушно принять меня в своем доме, будет лучше, если не примете вообще.
Подобного заявления леди Арабелла никак не ожидала, и в свою очередь испытала потрясение.
– Но, Мэри, я была бы счастлива принять тебя как раньше, если бы могла.
– Ну а раз не можете, ваша светлость, на этом разговор лучше закончить.
