– Готово, – медленно опускаю веки, повернувшись к Шаматову. После чего поворачиваюсь к девушке. – Вот наши номера, возьмите визитку. Я вижу, что уже к вечеру у вас всё пройдёт, это просто легкое недомогание. Если же, не дай бог, будет иначе – пожалуйста, позвоните нам и скажите. Тогда будем думать, что дальше. Вероятно, направим к другому врачу. Но, повторюсь, я чётко вижу, что у вас с горлом всё в порядке.
«Только из клеток шлак пусть выведется» – добавляю мысленно.
В своём компе переписываю у Шаматова её данные, ставлю дату, своё видение диагноза и тип санации.
Помимо эмоций, я уже различаю виды микрофлоры – по индивидуальным частотам, потому моё воздействие уже тоже ранжируется на типы импульсов.
Обновлённый файл с первой записью через локальную сеть кладу в оговоренное место на компе Котлинского.
Через пять минут в мессенджере от него приходит большой палец.
У Шаматова ничего интересного для меня больше не происходит. Внимательно наблюдаю за всеми посетительницами и вынужден согласиться, что Али Шафетович оказывает на всех без исключения пациенток колоссальное психологическое влияние. Далеко не все были радостны изначально. Поначалу, войдя к нему, некоторые испытывают тревогу, уныние, и далее по списку. Но выходят от него все в ресурсном положительном состоянии.
Делаю вывод, что корректировать эмоциональный фон своего собеседника через свои возможности я всё же могу. Если даже у Шаматова, богатого тестостероном, это на уровне гормонов вон как шикарно получается. Надо будет потренироваться.
Ближе к концу, ко мне на рабочий комп по мессенджеру приходит сообщение от Котлинского: «У вас сегодня больше ничего интересного у Шаматова, я посмотрел запись. Поднимайся ко мне».
У Витальевича, кроме него самого, сидят Сергей Владимирович и тот самый пациент, у которого сустав сбоил из-за позвоночника.
– Саня, глянь, кое-что должно было измениться. – Едва не приплясывает вокруг от нетерпения Котлинский.
Для экономии времени, укладываем пациента прямо на диван.
Концентрация. Скан.
– А ведь позвонок таки на место встал, – констатирую удивлённо. – на нерв не давит.
– Ну ничего себе «встал»! – Начинают синхронно возмущаться Котлинский и мужчина.
– Я его знаешь сколько на гиперэкстензии тянул?! – продолжает возмущаться Котлинский.
– Думал, рожу, – добавляет пациент. – Кстати, в суставе полегче.
Сергей Владимирович тихо хихикает на стуле.
– Плазмолифтинг ему начали вкатывать, кстати; изменения, по его личным ощущениям, уже есть, – продолжает Котлинский. – Но хочу попробовать… А вдруг получится…
– Да не получится эта твоя псевдонаучная галиматья! – Ни с того ни с сего, перебивая, начинает горячиться Стеклов, который Сергей Владимирович. – Игорь, ну не восстановился ещё ни один сустав, б… Чуть не выругался из-за тебя!
– Вот. Он меня мало того, что врачом не считает, так ещё и при пациенте так корректно себя ведёт, – ехидно замечает Котлинский, зачем-то тестируя сустав на подвижность.
– Пардон, Костя, – ничуть не смущается Стеклов, – но зачем тебя вводить в заблуждение! Скажи спасибо, что не титан!
– Сергей, пожалуйста, дай мне договорить, – мягко, но как-то удивительно начальственным тоном тихо бросает Котлинский, и я начинаю понимать, почему он добился того, чего добился. – Костя, ты ничего не теряешь. Консервативными методами мы и так с тобой всё откатаем. Но лично у меня есть подозрение, что можно исправить и последний штрих. О котором Саша нам сейчас расскажет.
– Вам сразу по суставу? – быстро схватываю, что он имеет ввиду, я. Котлинский кивает в ответ. – Некроза нет. Регенерация запустилась. Вижу будто очаговую вспышку регенеративных процессов, вероятно – место укола при плазмолифтинге. Там постепенно восстанавливается его нормальный обмен веществ, судя по динамике частот. Я помню его проекцию. НО. Есть но. Синовиальная сумка. Частоты в неё стабильно сбиты. Я ничего не утверждаю: у нас нет опыта. НО я бы поработал с его синовиальной сумкой. Если получится добиться, что «правильная» частота зафиксируется, и не будет спадать, не исключаю и полного восстановления сустава.
Котлинский, потирая руки, поворачивается к Стеклову:
– Давай так. Всё, что ты наметил – катаем по полной. Костя, ты спину и мышцы качаешь?
– Да, всё по Бубновскому, – отзывается пациент, всё ещё лежащий лицом вниз. – только в зале возле дома, тренажёры те же.
– Но в дополнение к твоему курсу, пусть Саша попробует с «сумкой» поработать? Хуже не будет.
– Ну, если только так, – неохотно соглашается Стеклов.
– У меня, кстати, новости. – Сообщаю. Котлинский машет рукой, типа, можешь говорить прямо здесь . – Я начал подключать иглы. Акупунктура. Предлагаю именно на этом случае попробовать весь комплекс. Проблема с суставом будет не в том, что я не могу подать частоту, куда надо. А в том, что его ткани будут маятником возвращаться к этой сбитой частоте. А нужно добиться, чтоб вернулась природная.
– Иглы помогают? – коротко спрашивает Котлинский.
