– Мама начинает дружить с предыдущей. Встречаться. Давать ей свои вещи поносить. Покупать её сыну что-то. Приглашать её к нам регулярно. В общем, буквально через несколько месяцев папа сам маме сказал: «Дружи, если хочешь; но в дом её водить не надо. И избавь меня от встреч с ней». Вот наверное сегодня и моё подсознание мне что-то такое навеяло. Но ты не парься! В том смысле, что Анька-то мне не конкурентка. Пока, во всяком случае. У меня-то точно нет необходимости настолько технично «сбривать» семнадцатилетнюю малолетку! Упс…
– Ага. А я на год её младше. Жаль, не могу тебя ткнуть под ребро – ты машину ведешь.
– Ну так, на то и расчёт.
_________
Здание Генеральной Прокуратуры. Этаж с табличкой при входе «Служба специальных прокуроров». Кабинет с табличкой «Начальник службы». За столом, расположенным буквой «Т», Бахтин и ещё несколько человек уже длительное время что-то обсуждают.
– Кто остался?
– Я! – подымается заместитель Бахтина, внешне приятная женщина лет тридцати пяти с холодным пустым взглядом. – По институту «дублёров» – в пределах плана. Ключевые позиции в рамках выделенного диапазона должностей определены. Планы аттестаций составлены. В случае явных несоответствий, приоритетные альтернативные кандидаты намечены, по ним негласные проверки уже идут.
– Как с санкциями обошлись?
– Никак. Берём допуски и негласно проверяем согласно выписки из приказа и при участии их непосредственного начальства: они же все перед аттестацией по процедуре дают подписку – что не возражают против проверочных действий касательно их самих и членов семей. В случае чего – предъявим эту подписку. О ней все просто забывают через несколько лет. Но документ-то бессрочный.
– Хм, логично… Молодец. Вова, что у тебя?
– Все материалы собрал. Заключения подготовил по каждому кейсу… Пардон, случаю. Жду вашей визы – и в суд.
– К тебе пытались подкатить на тему смягчения выводов?
Вова неловко мнётся.
– Вова, почему я должен тебя об этом спрашивать? Почему лично не доложил сам?
– Олег Николаевич, разрешите лично доложить после всего?
– Не разрешаю. Обращаюсь ко всем! Я предупреждал, что сейчас малейшее сомнение будет трактоваться как попытка «соскочить»? Касается всех. Вы думаете, я шучу? Коллеги, я предупреждал об особом фокусе на задачах и особом режиме работы в текущий период. Вова, последнее предупреждение. Ещё раз «замылишь» вопрос – будешь там же, где… В течение часа не выходишь с этажа и пишешь всё письменно. Свободны!
Бахтин остаётся сидеть на своём месте. Все выходят, но его заместитель возвращается и садится напротив.
– Олег, можно вопрос?
Бахтин поднимает глаза от экрана:
– О, да, конечно.
