Еще первооткрыватели планеты «Тараканий угол» знали, что тут водятся драконы. Ученые решают устроить в Замских болотах заповедник. Все должно быть официально и для заключения договора к императорскому двору под видом заморского купца направляется наш специалист-прогрессор.Во время аудиенции происходит покушение на императора и землянина сажают в застенок, подозревая в сговоре с врагами императора.Но земляне своих не бросают…
От рубчатой подошвы ботинка тяжелого вакуумного скафандра в пыли оставался узорчатый — елочкой — след, который тут же заливала вездесущая тьма.
При тяготении в одну восьмую земного, пыль, поднятая ногами, взлетала на несколько сантиметров, но, вместо того чтобы честно упасть назад, на камни, колыхалась в пустоте, словно капля краски, в воде. А вот темноте отсутствие тяжести помехой не являлось. Едва подошва ботинка отрывалась от земли, как она уже оказывалась в следу.
Кузнецов несколько раз, не столько интереса ради, сколько от скуки, поднял и опустил ногу, но каждый раз темнота оказывалась быстрее света. Открытие, конечно не Бог весть какое, но при нынешнем дефиците информации…
Сергей поискал глазами товарища. На пыльной поверхности «болота», заваленной камнями и блестящими кругами зыбучей пыли движения не наблюдалось, но Чен точно болтался где-то там.
— Эй, Чен, — позвал он. — Ты знаешь, что темнота распространяется быстрее света?
В наушниках запыхтело, мелкими песчинками ударили в мембраны какие-то заряженные частицы, потом из фырканья и шипения родился голос.
— А то как же. Тьма… Распространяется….
Товарищ дышал тяжело, с натугой.
— Стой, животное… — завопил он внезапно, но тут же понизил голос до нормальной величины. — Да! Я много чего знаю. Мне, между прочим, доподлинно известно, что солнце зайдет через двадцать минут.
Кузнецов, чуть повернув голову, посмотрел на светило. Метеоролог наверняка был прав. Сергей вообще не помнил, чтобы предсказания Чена не оправдывались, особенно, если он предсказывал что-то неприятное. Как человек немалое время проработавший в отделе урегулирования убытков страховой компании, Чен отлично знал темные стороны, как человеческой натуры, так и природы.
Ему следовало что-либо ответить, хотя бы из уважения к его труду. Это Сергей бездельничал, вертел головой по сторонам и философствовал, а Чен волок за собой здоровенный контейнер. И хотя вокруг властвовала все та же одна восьмая «же», масса оставалась массой и тут, и волок эту массу все же он, а не Сергей. Оглянувшись на близкий горизонт, Кузнецов пробормотал.
— Тут ты наверняка прав. «Кладезь мудрости» твоя фамилия!
Здешнее светило, которое по утвердившейся привычке все звали Солнцем, уже не висело над усыпанной мелкими кратерами равниной, а, казалось, вплавилось в нее, и теперь торчало из-за горизонта половиной золотого имперского знака «За Атуанский поход».
От взгляда на пышущий жаром горизонт Сергею стало не по себе. Он произнес «кислород» и струйка прохладного газа коснулась потного лба.
Чтобы достичь места, где в изобилии встречались комфорт, кислород и прохладительные напитки, им оставалось преодолеть только одно препятствие — здоровенную каменную стену. Там, на плато, понимавшемся вверх чуть ли не на триста метров, стоял новый корабль капитана Мак-Кафли, и, конечно же, сама база.
Корабль назывался «АВЕС» — подарок Академии наук от одной из старейших Земных страховых компании. Они могли бы преодолеть расстояние до него одним рывком, но в этом Сергей не видел ни интереса, ни авантюризма, да и двадцать минут до захода хотелось бы провести не только с пользой, но и с удовольствием. Природу следовало вызвать на поединок, побороть, преодолеть, получив при этом максимум положительных эмоций. К тому же…
— Эй, смотри…
Да… Он праздномыслил, а Чен трудился как подъемный кран и тягач одновременно.
Сергей повернулся посмотреть. Нет. На подъемный кран товарищ похож не был. Только на бульдозер. От этого его совести стало легче. Коллега, перебравшись через валун, неслышно подкравшись, вертел перед глазами прозрачный кристалл.
— Что это?
Чен повернул кулак, и оттуда ударили струи чистого цвета — желтого, алого, синего… Сергей загородился ладонью и спросил безо всякого интереса:
— Кварц?
— А шут его знает… Может, хрусталь?
Чен, держал находку на одном пальце в состоянии противоестественного равновесия. Палец резко разогнулся и по высокой дуге перелетел в ладонь Сергею.
— А может быть Тот Самый Камень?
Сергей хмыкнул. Существовала там, внизу, одна забавная легенда. Он повертел находку в руках и вернул китайцу.
— Бриллиант бы нашел лучше, неутомимый труженик… Представляешь? Бриллиант, величиной с кулак! Тогда Император точно согласился бы сразу на все и на пять лет вперед…
Они разом вздохнули, подумав об одном и том же.
— Когда у него аудиенция? — чуть запнувшись на трудном слове, спросил Чен. — Сегодня?
— Сегодня…
— Может быть, к тому времени как доберемся, уже команду дадут? — мечтательно сказал Чен. Он дернул левым плечом, словно ощутил им лямку носимого аварийного запаса. — Чемодан в руки…
Сергей пожал плечами, ничего не сказал. Что такое чемодан он не помнил, хотя и догадывался.
— Чемодан в руки, — продолжил Чен, — ключ на старт…
