...14 августа 1941 года. Три звена наших самолетов, возглавляемые лейтенантом П. Середой, поднялись на прикрытие моста у Канева, к которому направлялось 18 бомбардировщиков противника, разбитых на две группы. Наши истребители быстро разделались с первой девяткой врага, сбив два "юнкерса", остальные поспешили убраться. Но вторая девятка Ю-88 упрямо стремилась к мосту, и на подмогу ей уже подоспели восемь "мессершмиттов" из группы прикрытия. Завязался жестокий бой. Смертоносная карусель крутилась в воздухе. Еще шесть машин сбили наши летчики, три из них-Василий Деменок.
Летчики рассказывали, как, разгоряченный азартом боя, Василий решил таранить фашиста и направил свой И-16 прямо в корпус "мессера". Но ценой этому "мессеру" стала героическая смерть одного из самых отважных и опытных летчиков полка. Вскоре Василий Деменок за свой вдохновенный подвиг был посмертно награжден орденом Ленина.
Короткий, но яркий и самоотверженный боевой путь прошел однополчанин, на счету которого за два неполных месяца войны было 48 боевых вылетов, 18 воздушных боев, 8 уничтоженных самолетов противника. Память о незаурядной смелости и мастерстве Деменка осталась с нами навсегда. И теперь, спустя десятилетия, ветераны полка, собираясь на традиционных встречах, вспоминают его с неизменной теплотой и восхищением. А совсем недавно удивительно трогательное письмо прислала мне вдова Василия Федоровича Анна Сергеевна. Болью незаживающей раны, но твердой жизнестойкостью и волей веет от ее искренних строк:
"...Вырастила я двух деток, выучила, определила в жизни. Сын и дочь имеют свои семьи, гордятся своим отцом. Но вы не представляете, какую горечь утраты мы пронесли через всю жизнь. Сердечное вам спасибо, что вы, несмотря на занятость, отвечали на мои горькие письма в 1941 - 1942 годах. А потом я уже стеснялась беспокоить - понимала, что вам уже не до нас. Очень тяжело перенесла я страшные годы войны, все эти переезды, эвакуации, голод, холод и все прочее. Но мы выжили... живем... Не забывайте, помните обо мне - я тоже частица вашего полка. Мне будет легче со всеми вами в дружбе!"
Как просто и проникновенно сказано: "частица полка"! Конечно, и Анна Сергеевна, и другие вдовы, невесты, матери, сестры, оплакивавшие горькими слезами своих незабвенных близких, которые погибли молодыми, - все они стали дороги нам, дожившим до победы, ведь общая любовь к человеку - это подчас не меньше, чем, родство...
На войне скорбь по ушедшим переплавляется в гнев к врагу, в желание рассчитаться за принесенные им боль и горе, в неугасающее чувство святой мести, когда ответ за злодеяние один - кровь за кровь, смерть за смерть. Вряд ли именно эти праведные слова отчеканились в сознании Петра Середы, когда он узнал о гибели своего друга. Но вот ему пришлось принять неожиданный воздушный бой - одному с четырьмя истребителями Ме-109. И Середа, бросая самолет в лобовые атаки, исступленно твердил: "Это вам за Васю, гады!" И уже горел фашистский стервятник, сраженный меткой очередью. А три других никак не могли поймать в перекрестие прицела словно заговоренного от снарядов да пуль советского летчика. Петр умело оттягивал неравный бой к нашей территории. Так ни с чем и улетели "мессеры", расписавшись в бессилии перед мастерством нашего воздушного бойца. А Середа благополучно вернулся в полк и, рассказывая об этом эпизоде, заканчивал своей традиционной фразой:
- Что и требовалось доказать...
...Стоял жаркий август 1941 года. Золотые поля Украины, опаленные солнцем и ветрами, вместо мирного урчания тракторов и комбайнов слышали надрывный скрежет танковых гусениц, неумолчный рокот авиационных моторов. Знакомая со школьной скамьи некрасовская строка "В полном разгаре страда деревенская" вспоминалась как нечто давно забытое, потустороннее. Шла страда военная - с ее беспрестанными тяжелыми заботами и проблемами, с неумолимой жестокостью и глубокими страданиями. Похоже, не случайно один корень у этих слов - "страда" и "страдания". И вместе с тем военное время - это напряженные фронтовые будни, в которых сотни больших и малых дел, поиск решения самых непредвиденных вопросов держат людей в постоянном рабочем ритме, создают защитную броню легкоранимой человеческой душе, закаляют ее в испытаниях.
Война выбивала из нашего строя боевых соратников, однополчан. Приходили новые люди, и вводить их в строй следовало быстро, без раскачки. В полку появились два новых командира эскадрилий - капитаны В. Б. Москальчук и А. Ф. Локтионов. Правда, с ними многие из нас были знакомы - оба прибыли из соседнего 249-го истребительного авиаполка. Там они проявили себя опытными летчиками, знающими командирами и к нам были переведены вместе с частью летного состава, летающего на самолетах И-16. В 249-м полку командование решило оставить лишь И-153. Мы радовались новому пополнению, так как не раз нам приходилось наблюдать, как умело и мужественно: держались в воздухе наши соседи.
