— Вы готовы нести любую чепуху, лишь бы говорить? — спросила Рин, и добавила, когда он кивнул: — Зачем? В хорошей компании и помолчать приятно.
Анхельм подсел ближе к Рин, она позволила обнять себя и доверчиво положила голову ему на плечо. И они молчали. Долго, наверное, целый час сидели и просто смотрели друг на друга. За окном уже стало светать, светлая дымка поднялась над дорогами, запели птицы, зачирикали воробьи. Анхельм продолжал нежно сжимать ладонь Рин и вдыхать аромат ее волос. Хотя он купил ей предостаточно разнообразного парфюма, Рин так и не пользовалась им. От нее все так же странным образом пахло хвойным лесом и свежим ветром. Он так погрузился в свои переживания, что едва не пропустил мимо ушей ее вопрос.
— Зачем вы приехали в Левадию? — спросила она шепотом.
— Государственные дела, — уклончиво ответил герцог также шепотом.
— Ваш приезд совпадает с датой приема в честь ее высочества Фионы. Может быть, вы хотели жениться на ней?
Анхельм уловил едва слышные нотки ревности и беспокойства в голосе Рин.
— Просто совпадение. Я должен был приехать, наверное, на неделю раньше, но непредвиденные обстоятельства вынудили меня задержаться на Южных островах.
— А если принцесса вам понравится, вы на ней женитесь?
— Нет.
— А если вы понравитесь принцессе или король решит выдать ее замуж за вас, вы женитесь?
— Нет.
Рин, удовлетворенная его решительным отказом, прильнула к нему ближе.
«Ах, значит, мы умеем ревновать, да, Рин? Вот такое поведение мне нравится больше, чем твоя вечная холодность», — подумал Анхельм, улыбаясь.
— Вы беспокоитесь?
— Конечно, — ответила она сразу же. — Вы мне нравитесь. Мне было бы нестерпимо больно, если бы вы женились на принцессе после того, как признались в любви мне.
— О!
— Да-да, а вы как думали? Нельзя признаваться сегодня в любви одной, а завтра идти и жениться на другой.
Анхельм тихо засмеялся.
— А что бы вы сделали, если бы я все-таки женился на принцессе?
Рин повернулась и посмотрела на него серьезно.
— Убила бы. Нравится вам такой ответ?
— Нет, совершенно, — похолодел Анхельм. В памяти живо всплыл облик любимой с кинжалом в руках и безумной улыбкой на лице.
— Тогда зачем спрашиваете? Если ваш король прикажет вам, вы не сможете отказаться. Я знаю довольно о политических браках, чтобы утверждать это. Анхельм, вы ведь не можете мне обещать, что не женитесь на ее высочестве, так к чему этот разговор?
— Вы сами завели его, — напомнил герцог, и на лице Рин мелькнуло виноватое выражение.
— Ах, да… Простите.
Она отодвинулась, встала и пошла куда-то вглубь дома. Анхельм поднялся вслед за ней. Похоже было, что Рин хочет что-то сказать, но сдерживает себя. Они прошли в большую гостиную, где, к удивлению Анхельма, ворохов вещей не наблюдалось, и царил порядок. Лишь два чемодана стояли открытыми, в них лежала сложенная одежда. Рин не стала зажигать свечи, прошла к громадному дивану из белой кожи, и села, поджав одну ногу под себя, как она всегда это делала раньше. Анхельм осторожно присел рядом с ней.
— Удивительно, но здесь порядок, — заметил он.
— Эту комнату Вивьен отдала мне, пока я не подыщу подходящее жилье. Понятия не имею, зачем ей рояль, ведь она не играет. Наверно, потому что он красиво смотрится с белой мебелью.
Они снова надолго замолчали, но теперь тишина была не уютной, а неловкой.
— Интересно, когда вернется Вивьен? — пробормотала Рин.
— Зная Фриса, могу сказать, что нескоро.
— А кем работает Фрис?
— Моим охранником.
— И он вот так просто вас оставил? — изумилась Рин. — Ради женщины? И вы ему это позволили?
— О, вы даже не представляете, насколько противным он может быть, если не позволить ему пойти за юбкой, — вздохнул Анхельм. — Здесь для меня нет никакой опасности. Ну, разве что одна. Влюбиться до беспамятства.
Рин взглянула на него с усталой улыбкой.
— Вам еще не надоело? Вы как рыцарь из дамского романа.
— Вам не нравится, моя несравненная? — спросил он с несчастной улыбкой. Анхельм знал, что Рин терпеть не может все эти сопли в сахаре, так что нарочно дразнил ее.
— Не подавайте мне пустой надежды. И прекратите вы меня так называть!
Рин поднялась и прошла к окну.
— Вы будете на приеме в честь принцессы? — спросил Анхельм.
— Да, Вивьен приглашена, меня тоже включили в список.
— Позвольте, под какой фамилией?
Рин вздрогнула, и Анхельм понял, что попал в точку: она не помнит своей фамилии и еще не нашла документы, раз пользуется настоящим именем. Но где тогда ее документы? И что будет, если она их найдет?
— А вам зачем знать?
— Хочу сидеть рядом с вами за столом.
— О, едва ли нас пустят за стол, — напряженно рассмеялась Рин. — Вивьен сказала, что я буду участвовать в показе. Открывает его принцесса, а я иду последней в числе остальных моделей. Вивьен готовит шоу, так что завтра… То есть сегодня… Мы весь день проведем во дворце, будем репетировать.
Анхельм оценил перспективы и с облегчением признал, что все складывается как нельзя лучше. Осталось только поймать Кастедара и заставить его вернуть Рин память. В любом случае, ему необходимо сперва поговорить с Илиасом.
— Рин, уже утро. Я, пожалуй, пойду.
