— То есть, им можно знать, а мне нет, да? — уточнила Рин. Герцог кивнул в ответ. Рин прищурилась и задумалась. Анхельм выглядел очень отстраненным, в его взгляде совсем не было той теплоты, с какой он всегда смотрел на нее. Рин прокрутила в голове все, что говорила ему и поняла: Анхельм пытался показать, кто хозяин положения, и выказывал обиду за то, что она довольно грубо осадила его при посторонних, высказав свое мнение о его доверчивости. Ну что ж, справедливо, действительно грубовато получилось. Интересно, как долго он продержится?
— Экипаж ожидает у входа, ваша светлость. Разрешите, я понесу ваш багаж.
Не дожидаясь ответа, она взяла со стола его дипломат и понесла к карете. Анхельм поспешно встал и пошел вслед за ней, чуть не стукнулся лбом о низкую балку дверного проема и успел поймать ее за руку до того, как она вышла.
— В чем дело? — спросил он. Рин удивленно взглянула на него.
— Этот же вопрос я могу задать вам, ваша светлость.
— Прекрати эти глупые шутки, это вовсе не смешно.
— Какие шутки? Если бы я хотела пошутить, я бы надела шутовской колпак, ваша светлость.
— Ты нарочно! — Анхельм отнял у нее дипломат и тихо сказал. — Прошу тебя, любовь моя, не называй меня никогда по титулу.
Рин вздохнула и закрыла рукой лицо: минуты не продержался!
— Ну что ж ты такой мягкий, а… Ничего не поделаешь. Анхельм, прости меня за то, что я так резко высказалась о твоей доверчивости при посторонних.
Взгляд Анхельма потеплел.
— Но, пожалуйста, не будь со мной таким… такой… — Рин тщетно силилась отыскать более мягкое слово, заменяющее «тряпка» и «подкаблучник». — Будь со мной строже, а? Иначе я тебя перестану слушаться.
— Когда я вижу тебя, моя голова отказывается мне подчиняться. Я очень сильно люблю тебя. Я не хочу тебе приказывать, знаю, что ты не терпишь приказов.
Рин помрачнела.
— Послушай. Наши отношения — это отношения лошади и наездника, где лошадь — я, а ты — наездник. Понимаешь? В нужный момент ты должен осадить меня, пришпорить, хлыстом ударить, и в нужный момент — похвалить и дать лакомство. Иначе я удила закушу, а тебя сброшу. И еще копытом под зад дам.
Анхельм взял ее за плечо, нагнулся и, очень серьезно посмотрев в глаза, тихо сказал:
— Я предлагаю тебе новый вариант отношений, где никто ни на ком не ездит. Осмысли.
Анхельм вышел и пошел в карету, а Рин со вздохом направилась обратно, чтобы забрать матросов. Альберта прибирала чашки, а Ладдар вышел к карете.
— Развести такой балаган при посторонних людях, — шепнул ей Фрис, помогая вытащить бессознательное тело из подсобки. — Вы с мальчишкой совсем с ума сошли от любви?
— Не твое дело, — огрызнулась Рин. — Как ты представился Альберте?
— А это твое дело? — развеселился келпи. Рин сдула упавшие на лоб волосы и встала в позу сахарницы.
— Мы можем говорить правду на свой лад, но врать мы должны одинаково.
— Я не представлялся ей, глупая. И нечего срывать на мне настроение, я тебе не мальчик для битья.
Рин сникла.
— Прости. Ты и вправду тут ни при чем.
— Умница. И впредь запомни простое правило: никогда не пытайся как-либо принизить авторитет мужчины при посторонних людях, даже если ты во сто крат умнее и права. Тем более, если ты права. Это залог долгих и счастливых отношений.
— Ну почему Анхельм не может быть таким, как ты?
— Потому что он не я. Наговорилась? Может, пойдем?
Рин вздохнула, взяла матросов за ноги и потащила к выходу. Вместе с Фрисом они погрузили их в карету.
— Девчонка, — позвал келпи, — у меня нет ни малейшего желания ехать к этому вашему губернатору, я прогуляюсь до ближайшей реки. Я голоден и сильно устал. Давиться человеческой едой больше не могу. Пока не отдохну, толка от меня не будет.
— Конечно, Фрис. Встретимся завтра в десять утра там, куда причалил корабль, хорошо?
— И как я узнаю время?
Рин сняла с руки часы и застегнула на запястье Фриса.
— Пройдет ночь. Утром, когда стрелки остановятся вот здесь, ты должен быть в условленном месте.
— Хорошо.
Она улыбнулась ему, и Фрис зашагал по улице в сторону порта.
— Гхм, — напомнил о себе Кастедар, мрачно глядя на Рин.
— Вы что-то хотели, господин Эфиниас?
— К чему это? Ты знаешь мое имя, и мы давно на «ты». Я не поеду с вами. Мне это не интересно. Буду ждать вас в пассажирской конторе. Смею надеяться, что вы не станете ввязываться в неприятности и расследовать это дело прямо сейчас. Наш корабль отплывает завтра, у нас нет времени.
Рин кивнула ему, и демон ушел прочь быстрой и легкой походкой. Альберта вышла из кондитерской.
— Ну что же ты, даже до свидания не скажешь?
— Я вернусь вечером, — пообещала Рин, но чуть подумав, поправила себя: — Возможно. Если не вечером, то рано утром загляну. До встречи.
