«Как интересно одета эта леди», — подумала Рин, с восхищением разглядывая сидящую в зале женщину лет тридцати. Длинные стройные ноги обуты в туфли на тонком, высоком каблуке. Рин не могла определить их цвет, было слишком темно. Ткань молочно-белых брюк с широкими штанинами таинственно мерцала и словно струилась. Рин почему-то была уверена, что эта ткань называется креп-сатин. Ее персиково-золотая блуза была также креп-сатиновой, с рукавами в три четверти длины и полукруглым вырезом, обнажающим плечи. Рин взглянула на них, перевела взгляд ниже и с каким-то странным чувством восторга и стыда отметила, что под блузой у незнакомки ничего нет. Никакой нательной рубашки. Поэтому при каждом движении рук и плеч, — а жестикулировала она активно! — тонкая ткань натягивалась на полной груди. Внешность леди притягивала к себе внимание, будто яркое пятно посреди серости. Гладкие и блестящие кофейного цвета волосы, стянутые в узел на затылке, изогнутые высокие брови, красивое лицо с тонкими и четкими чертами, пухлые рубиново-красные губы и подведенные чем-то черным глаза миндалевидной формы. Ее темная, бронзового оттенка кожа экзотично контрастировала со светлой одеждой. Все это удивительно гармонировало, создавая уникальный стиль, Рин не видела еще ничего даже примерно похожего ни на ком. Дама беседовала с мужчинами в строгих черных костюмах, сидящими с ней за одним столом, улыбалась и пила что-то красное из бокала. В ней чувствовалась самодостаточность, но без самолюбования, экстравагантность, но без вычурности. В ее движениях, улыбке и жестикуляции не было кокетливости, жеманности или снисходительной насмешливости, присущей хищницам-соблазнительницам. С мужчинами из компании она вела себя на равных. Рин это показалось странным и восхитительно смелым.
— Вы желаете что-нибудь еще, госпожа? — спросила подошедшая девушка в передничке. Рин улыбнулась, подавая ей пустую тарелку, и ответила:
— Еще чашечку чая. Вы не могли бы мне сказать, кто эта леди?
Девушка обернулась, чтобы посмотреть, и объяснила:
— А, эта леди? Ее зовут Вивьен Мелли, она известный модельер из Левадии. Говорят, она придумывает одежду для самой королевы Левадии, ее величества Сандры. Она часто останавливается в Лейгесе, когда ездит в Соринтию и Мариней, а живет в Магредине. Она наш постоянный клиент. Ах, как бы я хотела получить хоть один наряд, сделанный ею! — девушка мечтательно вздохнула. — Ничего, вот заработаю денег, поеду в Магредину и куплю.
Девушка еще раз вздохнула и ушла. А Рин принялась размышлять о том, почему незнакомка так заинтересовала ее. Откуда она знала все названия деталей ее одежды? Вроде бы Кастедар говорил, что ее знания о мире сохранились… Может ли быть так, что она когда-то занималась одеждой? Воодушевленная этой мыслью, Рин принялась рассматривать всех посетителей, пытаясь понять, кто одет, на ее вкус, плохо, а кто — хорошо. Занятие оказалось настолько увлекательным, что она не сразу поняла, что к ее столику подошли. Повернув голову, она увидела одного из тех мужчин, кто сидел с этой красивой леди. Она окинула его долгим взглядом и спросила, что ему угодно.
— Я вижу, вы одна здесь? Леди Мелли приглашает вас за наш столик. Не хотите ли присоединиться? В компании будет веселее проводить этот чудесный вечер!
Рин немного разволновалась, сможет ли она держать лицо перед этой прекрасной женщиной, но затем решила, что дело того стоит. Уж очень ей хотелось узнать больше о мире и самой женщине. Решительно поднявшись, она прошла за столик к ним. Леди Мелли приветливо улыбнулась ей и протянула руку. Рин пожала, стараясь выглядеть столь же уверенной в себе.
— Добрый вечер! — поздоровалась леди Мелли приятным, довольно низким голосом. — Я заметила, что вы скучаете в одиночестве и осмелилась предложить вам нашу компанию. Вы не против присоединиться к нам? Как вас зовут?
— Добрый вечер. Меня зовут Рин, рада знакомству. Надеюсь, я вам не помешаю. Вы же Вивьен Мелли, знаменитый модельер, верно?
Вивьен добродушно рассмеялась, сверкая белоснежными зубами. Ее темные глаза с интересом рассматривали Рин.
— Верно, верно. Я три дня назад вернулась из Гор-ан-Маре, где у меня был показ. Сегодня последний мой день здесь, завтра утром я отплываю в Магредину. А вы одна в Лейгесе?
Рин задумалась, как ответить.
— Да, думаю, теперь одна.
— Хей, Бернис, — Вивьен махнула девушке-официантке, — налей-ка нам еще вина, а нашей гостье… Что вы будете, Рин?
— Пожалуй, еще кружку чая. Мне нельзя вино, — пояснила она в ответ на удивленный взгляд Вивьен.
— Вы здесь в деловой поездке? Ваш чемодан довольно большой, как вы справляетесь одна?
— Нет, думаю, что… — Рин вздохнула. — Ох, это сложно объяснить.
— У нас впереди масса времени, вина и чая, не стесняйтесь, Рин, — улыбнулась Вивьен.
Рин снова тяжело вздохнула и решила, что, наверно, стоит выложить все, как есть.
— Я не знаю, что я здесь делаю. Дело в том, что я попала в какое-то происшествие и потеряла память.
Лица присутствующих недоверчиво вытянулись. Рин поняла, как странно это прозвучало, и с виноватой улыбкой принялась объяснять:
