Как-то за разговорами и частыми чаепитиями пролетело несколько часов. Даже не заметила, как день подошёл к концу. Закат только-только начинался, и я чувствовала себя живой. Я расслабилась и смеялась над шутками Морика, дамы постоянно втягивали меня в какой-нибудь глупый спор, заставляя участвовать. Было просто весело. Сегодня был самый лучший день в моей жизни! Утром спасла мужчину, потом научилась готовить праздничное блюдо и отдохнула! Ну почему каждый день не может быть таким?! Нет-нет, не надо чтобы кто-то постоянно нуждался в помощи, просто… чтобы всё было отлично. Хотелось петь и… летать. Чтобы парить между облаков, соперничая с птицами. М-м-м, как же здорово.
Когда пришли Тур и Франк, начался ажиотаж. Мужчины поволокли стол на улицу, а мы взяли по стульчику и посеменили следом. Неторопливо, под постоянные шутки и смех накрыли на стол и начали выносить еду. Я уже совсем расхрабрилась и хохотала в голос над какой-нибудь глупостью. Порой мне даже хотелось плакать. От счастья. Дура, знаю, но мне этого так сильно не хватало, что теперь, когда мне это дали, я не могу нарадоваться.
Мы все расселись, но никто не ел. Все ждали Лорина и Виера. Морик заколебал бедного Франка с подколками по поводу какой-то девушки. Как я поняла, брюнет ухлёстывает за ней уже довольно давно, но пока безрезультатно. Усач был награждён от природы острым языком, и его шутки были остроумными и смешными. Франк тоже улыбался, но пытался заткнуть друга. Майла миловалась с Туром, а мы с Мелиндой взглядами матерей глядели на пару ликанов, которые уже собрались мериться силой.
Развалившись на стуле, я поправляла свои чуть растрепавшиеся косы. Была так занята, что пропустила приход двух опоздавших. Мне уже самой не терпелось попробовать эти ушки! Ну как это, они лежат, а трогать их нельзя?!
Парни все затихли и дружелюбно уставились на вход. Я тоже подняла глаза. Повернула голову, и моя улыбка слегка угасла. Лорин стоял и ненавистно прожигал меня таким взглядом, что я замерла от ужаса. Что…
— Ты, — его рука указала на меня. — Пошла на выход!
Я вздрогнула от неожиданности и неведомой злобы в его голосе. Не понимая, захлопала глазами.
— Что-то случилось? — медленно встала я со стула.
От моего вопроса он, казалось, рассвирепел ещё пуще. Только сейчас заметила, что Виер стоит сбоку и держит своего альфу за предплечье. Парнишка смотрел как-то серьёзно и моего взгляда избегал, словно… я что-то сделала плохое.
— Я сказал: пошла на выход! — он даже дёрнулся в мою сторону, но голубоглазый ликан крепко держал своего друга.
Задрожав, как лист в ураган, пошла, куда сказали. Я не могу сказать, что я боялась. Только что веселье било через край, а потом вдруг резко такой негатив. Я просто ощущала растерянность. Был ужас, но необъяснимый. Просто словно рефлекс: злой Лорин — это очень плохо.
Когда я проходила мимо него, он вдруг схватил меня больно за плечо и приблизил своё лицо к моей шее. Я зажмурилась, не в силах терпеть такое непонятное отношение. Лорин несколько раз глубоко втянул воздух.
— Ну ты и сучка, — услышала я его тихий, пропитанный ненавистью голос.
Он пихнул меня в сторону выхода. На глаза набежали слёзы. За что?! Что я натворила?! Да я… я сегодня дома-то не была! Начала быстро перебирать все воспоминания за последнюю неделю. Так-так, что? Что могло так сильно разгневать его? Пыль? Я где-то не убралась?! Или рубашку его плохо постирала? Не могу понять… от этого слёзы словно по-обычному начали струиться по лицу.
Слыша сзади тяжёлые шаги Лорина, вышла на улицу.
— Что случилось-то? — услышала я сзади голос Мелинды.
Оказывается, они все топали за нами. Нет, это уже бред какой-то. У меня из головы выветрились все мысли. Вообще. То есть я отбрасывала всё, что могло бы заставить Лорина так себя вести, поэтому я шла, смотря перед собой. Изредка вытирала слёзы, пытаясь хоть как-то держать себя достойно.
— Всё очень плохо, — как-то уклончиво отозвался Виер. — Надо разбираться.
«В чём разбираться?!» — захотелось мне завопить, но меня хватило лишь на то, чтобы обхватить себя за талию руками и идти вперёд.
Шли мы минут пятнадцать, но мне показалось, что прошло пару часов. Сзади шло Нечто, отдалённо напоминающее человека. Я просто боялась смотреть на него. Словно если я повернусь, то он меня точно ударит. Такое напряжение ощущалось — это просто жуть. Семь ликанов и гробовая тишина. Никто не перешёптывался. Мне даже подумалось, что меня ведут, чтобы убить.
Я сильно удивилась, когда вместо площади с виселицей увидела таверну. Она гудела. Множество мужчин и женщин шатались по округе, все окна были открыты, и оттуда доносился шум. Праздник. Все отмечают. Я пошла дальше, но Лорин дёрнул меня больно за локоть, направляя к зданию. Я поджала губы, и от этого грубого обращения мой подбородок затрясся. Что же я такого натворила…
Мы вошли в шумную и душную таверну. Все веселились, как и мы полчаса назад. Пол был мокрым от пива, но никого это не смущало. Свободных мест не было, дамы так вообще сидели на коленях у мужчин и часто запрокидывали головы, дико хохоча.
