— Я всё понимаю, но спать я могу один, спасибо, — спокойный и тихий голос чуть душу из меня не вынул.
Щёки мгновенно заалели, и я от стыда закусила губы, чтобы как-то справиться с чувствами! Позорище, Богдана! Чеши к себе!
— Прости, пожалуйста, я не хотела засыпать, — тут же выпрямилась я и пожалела об этом.
Спина мне спасибо точно не скажет за сегодняшнюю ночь. О, как же всё болит! И, кажется, я лишилась ноги.
Не чувствую её. О, вот она. Я её отсидела! Чёрт, когда я уже буду нормально спать в своей кровати?!
— Что ты тут вообще делала? — он повернул голову в сторону, давая понять, что не прочь был бы меня и увидеть.
Ой, думаю, не стоит. Но подниматься пришлось, и игнорирование его вопроса сделает только хуже. Игнорирование Лорина — всегда плохая идея.
— Мне было никак не уснуть, и я решила…
— Что со мной у тебя получится?
Ненавижу, когда он перебивает меня в таких двусмысленных местах! Хорошо хоть моего лица не видит.
— Тебе снились кошмары, у тебя была словно лихорадка, и я решила остаться с тобой, но переоценила себя и заснула, — честно призналась я и поднялась. — Извини, я не специально, не хотела тебе мешать.
Наверное, спать ему не дала. Дралась или просто точно так же, как он, что-нибудь бурчала. Ему такое точно не понравилось бы.
— Ты не мешала, просто я немного удивлён, — зевнул он и потёр лицо одной рукой. — Смотрю ты конкретно решилась взяться за меня, да?
Больной, а всё понимает. Молодец. Вот бы у меня ещё нога перестала так ныть, стало бы всё совсем хорошо.
— У тебя был жар, и я решила, что моё присутствие не будет лишним, — сонно протёрла я глаза. — Пить не хочешь?
— Воды.
Я похромала на кухню, попутно убирая растрёпанные волосы с лица. Ну, надо же, обошлось! Либо яд в теле Лорина отравил его мозг, либо он повзрослел. При всём уважении, я склоняюсь к первому. Нельзя вот так вот взять и поверить в то, что он изменился! Это же практически невозможно! То с грязью меня мешает, то… проявляет нечто, повторяюсь, «нечто» отдалённо напоминающее уважение к моей особо скромной и забитой персоне. Но да, это крайне приятно. Когда тебя не унижают за то, что ты просто пытаешься помочь. Просто проявляешь свою суть — человечность. Да, благодарности тоже нет, но молчание и некое повиновение с лихвой окупает всё. Пусть, пожалуйста, так всё и останется! Я умоляю, чтобы он остался таким же ворчливым и злым, но справедливым по отношению ко мне! Да, пусть ругает, я не идеальна, пусть воспитывает, переучивает, да всё что угодно! Лишь бы не унижал и не поступал со мной… так отвратительно плохо и нечестно. Кто бы мог подумать, что я когда-то вообще буду думать о таком?! Стою на кухне, наливаю воду в стакан, а сама благодарю Богов за снисхождение! По идее Лорин должен мне ноги целовать за то, что я его чуть ли не с того света за уши вытянула! Но я рада просто тому, что он не ведёт себя, как последняя тварь! Это на пределе возможностей понимания, но я… я рада, чёрт побери! И отворачиваться от такого потрёпанного подарка судьбы не намерена! Пора бы пересмотреть свои принципы.
— Сегодня я смогу нормально поесть? — получив свою воду, поинтересовался мужчина.
Прикинула в голове. Спал он плохо, но в остальном вроде всё было неплохо…
— У тебя ничего не болит? Живот, голова? — спросила я тут же.
— Нет, — не думая, выдал он и быстро опустошил стакан.
Я вздохнула.
— Лорин, так не бывает, — тихо возразила я, радуясь, что боль в ноге отступила. — Если ты думаешь, что, соврав мне…
— Я хочу есть, Богдана, — серьёзно заговорил ликан.
Ситуация обостряется. Присела на край дивана. Не так-то просто это оказалось… боюсь я его.
— Я понимаю, и если тебя мучает голод, то это хороший знак, — начала я осторожно. — Но пойми, пожалуйста, если ты скрываешь что-то от меня, то это в конечном итоге отразится на тебе, а не на мне. Я не хочу, чтобы тебе стало ещё хуже.
Он смотрел на меня слегка укоризненно, будто я говорила то, чего не следует, но я должна была!
— Но если я переступлю через себя и начну тебе жаловаться, то нормальной еды я не увижу, да? — о, а вот и претензии.
Голодный мужик воистину опасен, а если он ещё и болеет… тушите свет, кидайте камни, сжигайте сёла.
— Ночной кошмар мог быть связан с перееданием, — пояснила я свои опасения. — Я пошла у тебя на поводу, и всю ночь тебя лихорадило…
— Переедания?! — усмехнулся он — Да я съел-то… пару кусков мяса!
Это не так-то просто, как казалось со стороны.
— Но ты же сам сказал мне, что разрешаешь решать за тебя, — напомнила я ему через силу. — А поскольку ты не делишься со мной…
— Что ты хочешь узнать? — перебил он меня в который уже раз.
Причём был он на взводе. С утра пораньше самое оно.
— Твоё самочувствие, — ответила я уверенно, но тихо.
Надо что-то с этим делать! Я рядом с ним, как мышь! Бормочу что-то, робею и трясусь, как лист! И ведь ничего не могу с собой сделать! Вот у себя в комнате я просто силачка, жаждущая равенства, а тут… я чуть ли в обморок от волнения не падаю! И что мне делать?! Как себя пересилить?
