— Неужели тебе это нравилось? — вдруг тихо спросил Виер. — Нравилось жить в таких условиях?
Нахмурилась, не понимая.
— Конечно нет, — даже головой дёрнула. — С чего ты это взял?
Тот покосился на Франка.
— Ты же побежала от нас, когда узнала… — неуверенно заговорил парень.
— Виер, а за тобой часто приходят здоровые бабы и покупают тебя у твоего же родителя? — мирно и спокойно поинтересовалась я.
Тот задумался, нахмурившись.
— А девка-то дело говорит, — хмыкнул Морик. — Нам же её, как лошадь продали. Родной отец. Я был уверен, что она чем-то взбесила мужика, поскольку она это очень неплохо умеет делать.
Я кивнула, принимая его слова.
— И да, я очень хотела смыться из родного дома, — почесала я лоб. — Просто трусила. Думаете, я бы в одиночку протянула бы пару дней? Ага, конечно. Умерла бы от испуга, увидев змею.
Морик тут же засмеялся.
— Вспомнил, как ты пищала, когда её увидела! — хохотнул он. — А гарцевала-то как! Ноги выше головы закидывала! Ой, не могу… но лицо я твоё никогда не забуду! Сколько страха!
Он опять пихнул меня. На этот раз я улыбнулась. Да, глупо тогда вышло.
— Мне понравилось, когда она эту корону из цветов с лошадьми не поделила, — вклинился Тур. — Что это вообще такое? Как ты цветы сплела?
Не поверите, но мне показалось, будто мы становимся друзьями. Какая-то тёплая атмосфера, никто подозрительно не косится, не перешёптывается… а может, тепло от костра шло, и мне так казалось? Всё может быть.
— Это венок, — пояснила я, повернувшись к мужчине. — Его раньше девушки плели и пускали по реке, чтобы жениха найти.
Шатен тут же улыбнулся, не понимая.
— А как они его искали? — его брови изогнулись.
— Бежали за ним по реке, — пожала плечами. — Кто венок поднимет, тому и быть мужем хозяйке венка.
Мужчины похмыкали, явно не поверив.
— Если никто не находил венок, тогда что? — поинтересовался Виер.
— Значит в этом году замужества не жди, — тоже хмыкнула я. — Не очень умно, но девкам-то заняться нечем, вот и носятся вдоль рек.
— Девки вообще неразумные создания, да? — Морик опять забросил свою лапу мне на плечо. — Вот приедем домой и отдам тебя Мелинде на обучение. Ты ведь готовить не умеешь, да?
Рука у него, конечно, тяжёлая.
— Ну, как бы… — замялась я, — от скуки тёрлась на кухне постоянно, что-то я могу, но практики не хватает. А кто такая Мелинда?
— Это жена моя, — по-доброму улыбнулся он мне. — Подучит тебя чему, ты ей понравишься.
Мои брови поднялись так, что грозились затеряться в волосах.
— Ты женат, Морик? — моё весёлое удивление развеселило и мужчину.
— Чего таращишься? Женат, да, — с какой-то гордостью важно заявил усач. — Удивлена?
Вообще-то да. Очень. Такой… прям мужеподобный мужик! Самый натуральный! И женат.
— Да, но я очень рада за тебя, — почему-то захотелось это сказать, и на лице против воли появилась улыбка. — Думаю, она хорошая женщина.
— О, в этом не сомневайся, — качнул головой Морик.
Мне вдруг почему-то стало светло на душе. Женат. Что в этом такого, я не понимала. Просто рада, что он нашёл ту единственную, с которой захотел провести остаток жизни. Вот в чём смысл жизни — найти кого-то, кто будет терпеть тебя всю оставшуюся жизнь.
— Вы все женаты? — тут же оглядела я их.
— Только я, — поднял один палец Тур. — Остальные трусят.
Тут же поднялся галдёж возмущённого Виера и Франка. Тур и Морик словно этого ждали. Начались споры, частенько они ржали друг над другом, а в конце Морик и Франк вообще сошлись и начали, жутко горланя и хохоча, пихаться, пытаясь словно доказать что-то. Было видно, что они все закадычные друзья. Виер и Тур просто смеялись, ставя ставки. Мне тоже было весело. Такой ажиотаж. Я никогда в подобном не участвовала. Не имела друзей, не веселилась вот так… быстро стёрла набежавшие слёзы. Улыбка так и играла на моём лице, грозя растянуть щёки. Сегодня я впервые позавидовала ликанам.
Но всему рано или поздно приходит конец. В какой-то момент мужчины замолкли, но радость всё равно не покидала их лиц. Они все уставились куда-то в левую сторону. Я тоже посмотрела. Увиденное в миг стёрло всё счастье, поселившееся в груди. Громадный белый волк волочил оленя!!! Оленя! С большими ветвистыми рогами! Он был меньше, конечно, волка, но всё равно он огромен! Олень! Я впервые видела это животное. Кусок мяса на кухне не в счёт. Копыта волочились по земле, а по шее, за которую Лорин держал рогатого, текла кровь. Мужчины все встали, одна я таращилась на всё это с неописуемым ужасом и интересом. Боги, это же олень! Я его пару раз на картинках видела. И этот был намного красивее. У меня рот сделался буквой «о». Какой же он… величественный.
— Вот и добытчик вернулся, — засмеялся Морик, подходя к волку. — Ну как, всех там разгонял?
Лорин разжал челюсти, выпуская тушу животного, и тот грузно свалился на землю. Он фыркнул и отошёл в сторону. На его белой шерсти у пасти была кровь. Она размазалась по морде, заляпывая белый снег его шерсти.
