Рейнольдс проклинал всех жителей Бисли и их чертову дамбу. Даже дураку было ясно: если русло запружено, вода во всех речках выйдет из берегов и зальет пашни и пастбища. Как обычно, пострадали жители гор.
Рейнольдс взглянул на темную линию дамбы. Она выглядела уже не столь внушительно, как раньше, но оставалась мощной преградой для воды. А еще она могла послужить мостом. Вот и решение задачи! Дождь смоет все следы. Связь наверняка прервалась, хотя весть об убийствах, несомненно, уже разнеслась по долине. Во всяком случае, буря задержала погоню на несколько часов. Рейнольдс мог вернуться в Лост-Ноб и спрятаться. Пожелай господь сотворить из этой лощины озеро, он вряд ли придал бы ей более удачную форму: узкое ущелье в юго-восточной части большого речного бассейна напоминало гигантскую букву «V» острым концом на восток. Вокруг почти сплошной стеной вздымались крутые склоны гор высотой от девяноста до ста пятидесяти футов, с запада по широкой долине тек извилистый Мескиталь, с севера, между скалистых берегов — Саранчовый Ручей. Обе реки сливались у вершины буквы «V», и общий поток тек дальше по узкой расщелине, которую и перегородили дамбой.
Прежде лост-нобская дорога спускалась в ущелье, пересекала Мескиталь, а после поворачивала на северо-запад, к горам Лост-Ноб. Теперь она скрылась под пенистыми водами. На северном берегу поблизости от дамбы дорог вообще не было, только дикие горы и дубравы, но Рейнольдс мог проехать по той стороне вдоль озера до старого шоссе. Или, еще лучше, отправиться прямиком через горы. Тогда плевать ему будет на дороги. А ограды из колючей проволоки не помеха, ведь есть кусачки.
Он спешился и повел коня по дамбе. Тот уже паниковал из-за невиданного ливня, а теперь по одну сторону от него было бурное озеро, а по другую — пропасть. Вспененная вода плескалась у самых ног животного, конь фыркал и дрожал, но Рейнольдс успокаивал его и упорно вел вперед.
Дамба кончилась. Но, едва ступив на другой берег, конь снова фыркнул и встал, как вкопанный. Рейнольдс выругался и нащупал под мокрым плащом рукоятку револьвера. В темноте кто-то двигался.
— Стой, где стоишь!
Неизвестный быстро приближался, шлепая по лужам. В небе сверкнуло, и Рейнольдс разглядел человека без пальто и шляпы. Мокрые волосы облепили его лицо, вода струилась по одежде. В глазах отразился блеск молнии.
— Билл Эммет! — узнал Рейнольдс. Его голос слышался отчетливо, несмотря на шум воды. — Какого дьявола ты здесь делаешь?
— А мое дело и есть дьявольское, — ответил Билл. — А ты зачем пожаловал? За Джона залог привез?
— К черту залог! — Рейнольдс подошел ближе. — Я убил Сола Хопкинса!
Последние слова он почти проорал — и оттого смутился. Эммет взбудоражено схватил и сильно сжал его руку.
— Отлично! Только Сол Хопкинс не один, в Бисли есть и другие негодяи.
— Знаю. Но я покамест жив и могу пристрелить еще кое-кого.
Восторженный возглас Эммета перекрыл звуки дождя и ветра.
— Ты-то мне и нужен! — быстро заговорил он, теребя холодными пальцами рукава и лацканы Рейнольдса. — Я знал, я знал, какой ты парень! А теперь послушай меня. Видишь эту воду? — Он указал на неистовую пучину, которая бушевала почти у самых его ног, и завопил: — Посмотри на нее! Видишь, как она кружит и пенится? Вот сейчас сверкнет… Смотри, какие водовороты! Видишь, дохлые коровы и лошади бьются о дамбу? Ну так вот, я хочу спустить все это на улицы Бисли! В подарок ублюдкам! Они проснутся — а за окнами плещется черная вода. И тогда в этой воде будет плавать уже не только дохлая скотина. Поплывут трупы мужчин и женщин! Я прямо вижу, как их понесет далеко-далеко, до самого залива!
Рейнольдс схватил его за плечи и сильно тряхнул.
— Ты что болтаешь?
Раскаты безумного смеха слились с раскатами грома.
— Все очень просто. Я заложил под дамбу динамит — достаточно, чтобы ее прорвало. Понял теперь? Я хочу отправить в ад всех жителей Бисли!
— Да ты рехнулся! — пробормотал Рейнольдс.
Словно ледяная рука сжала его сердце.
— Рехнулся? — переспросил Эммет.
И, заметив нездоровый блеск его глаз, Рейнольдс догадался, что попал в самую точку.
— Вот это да! Сам только что прикончил дьявола Хопкинса — и уже готов идти на попятный. Да ты просто мальчишка! Убил всего одного врага, а я хочу убить тысячи!
Эммет опять указал на пенистые водовороты.
— Посмотри-ка вон туда. Под этой черной водой осталась моя земля. Она принадлежала моему отцу и деду. И ее у меня отняли. А почему? Потому только, что вонючие ублюдки из Бисли пожелали иметь свое озеро!
— Но ведь тебе заплатили за землю в три раза больше, чем она стоила, — заметил Рейнольдс.
Он не терпел несправедливости даже по отношению к врагам.
— Ха-ха!
До Рейнольдса донесся новый взрыв безумного веселья, от которого он похолодел.
