— А мы и собирались в Мексику, — ответил Эллисон, — но там для нас слишком жарко! Поэтому мы решили посетить Страну Бронированного Кулака. Мы ведь коллекционеры!
— Коллекционеры? — удивилась Хелен. — И что же вы коллекционируете?
— В основном драгоценности, — пояснил Эллисон. — Мы работаем на корпорацию, которая оплачивает нам дорогу и выделяет наш пай драгоценностями.
— Чудесно! — восхитилась Хелен. — Я бы хотела еще с вами повидаться! Вы остановились в этом отеле?
Эллисон кивнул и спросил:
— А вы, полагаю, здесь на отдыхе?
— Да! — весело рассмеялась девушка. — Я все время отдыхаю! Порхаю, как бабочка, с места на место и живу в свое удовольствие. Вот вскоре отправлюсь на один прием, и мне бы очень хотелось, чтобы вы оказались в числе приглашенных.
Тут в непринужденный разговор вмешался капитан:
— От имени моего друга, Эриха Штайндорфа, возьму на себя смелость пригласить на этот прием и вас, господа.
— О, как мило с вашей стороны, капитан! — воскликнула Хелен.
— Мы всегда рады видеть у себя друзей фройляйн Трэнтон, — любезно осклабился капитан.
— Вы обязательно должны пойти! — настаивала девушка. — Прием состоится в старом замке Шварцвальд. Только представьте себе, как это увлекательно и романтично!
— Разумеется, — согласился Эллисон. — Мы будем просто в восторге!
Позже, оказавшись в номере вдвоем с другом, Бакнер неодобрительно взглянул на Эллисона.
— Что с тобой, Стив? Ты имеешь наглость болтать о драгоценностях и принимаешь приглашение на какой-то дурацкий прием. Подумаешь, замок Шварцвальд! Мы еще, между прочим, ничего не разведали в Берлине!
Стив Эллисон сел и засмеялся:
— Не мог же я лгать о том, зачем мы в Германии. Мы ведь коллекционируем драгоценности, правда?
— Только совершенно необязательно сообщать об этом первому встречному! — вспылил Бакнер. — От такой откровенности мне становится не по себе. Когда мисс Хелен так восторженно нас встретила, у меня возникло чувство, будто сам Мориарти схватил нас за шиворот. Как думаешь, почему этот пивной бочонок с моноклем так охотно пригласил нас на прием?
— Наверное, потому, что коллекционирующие драгоценности чудаки обычно имеют при себе кругленькие суммы наличными. Когда какой-нибудь промотавшийся герцог продает свои фамильные побрякушки, он предпочитает сразу получить наличные. Ты заметил, какие пальцы у этого фитиля? Длинные, тонкие и ловкие. Держу пари, они умеют лишь тасовать карты! Если я что-нибудь смыслю в профессиональных игроках, он явно из их числа.
Бакнер кивнул. У Стива Эллисона были точно такие же пальцы.
— Этот выпивоха задумал пригласить нас на дружескую игру и обобрать до нитки. Что ж, доставим ему такое удовольствие! Меня голыми руками не возьмешь. Мисс Хелен очень симпатичная американочка, но со здешними любителями пива я слишком хорошо знаком. Зато в замке нам может представиться случай присмотреть кое-что для нашей коллекции. А Берлин от нас никуда не уйдет.
— Ты, кажется, был когда-то в Англии на похожем приеме под видом частного детектива? — спросил Бакнер.
Стив недовольно поморщился.
— Да, был. Я пришел туда как частный детектив и обнаружил среди гостей свою сестру Мэрион. А потом одного из гостей нашли в его комнате убитым. Я отыскал убийцу и покончил с ним. Это была большая змея, питон, сбежавший из цирка и пробравшийся в замковую башню.
Бакнер встал, подошел к большому окну и долго смотрел на оживленную берлинскую улицу. Его внимание привлек шагавший вразвалочку прусский офицер, от которого испуганно шарахались цивильные граждане.
— Стив, — произнес Бакнер, — кажется, я вижу змею побольше питона, а именно — прусского офицера! Придет день, и эти змеи попытаются задушить весь мир.
— Вероятно, — согласился Эллисон, — но их разрубят на мелкие кусочки. Пойдем, побродим по улицам, поглазеем на прохожих!
Несмотря на сердечное приглашение на прием, Стиву показалось, что во взглядах прочих гостей проскальзывает тонко завуалированное презрение к двум американцам.
Среди приглашенных преобладали молодые дамы и мужчины из высших слоев общества. Еще на прием явились несколько британцев, один русский и единственная американка — Хелен Трэнтон.
Шварцвальд оказался огромным старым замком, который стоял на равнине среди могучих древних деревьев, протягивавших к стенам длинные толстые ветви. Как и положено, замок был окружен не только мрачным лесом, но и крепостным рвом, однако за ненадобностью ров давно превратили в плавательный бассейн. Со времен средневековья сохранились лишь подвесной мост и громадные чугунные ворота.
Гости не скупились на восторги и комплименты хозяину, Эриху Штайндорфу, высокому, крепко сложенному человеку со светлыми волосами и такими же усами, закрученными вверх, как у большинства прусских офицеров. Несмотря на внешнюю грубоватость и резкость манер, он обладал незлобивым, добродушным характером. Благодаря своему богатству и деятельной натуре Штайндорф пользовался в берлинском обществе достаточной популярностью и не обращал внимания на презрительные взгляды некоторых горожан.
