Р' Галактику пришло относительно мирное время. Оно дарит безграничные возможности, и РєРѕРµ-кто даже осмеливается мечтать о РЅРѕРІРѕР№ жизни и светлом будущем. А для Хана Соло пришла пора вернуть долг старому другу. Вместе с Чубаккой они решают освободить Кашиик, СЂРѕРґРЅСѓСЋ планету вуки.Тем временем Норра Уэксли со СЃРІРѕРёРј отрядом повстанцев идет по пятам гранд-адмирала Рей Слоун и остатков имперского флота. У Слоун все больше подозрений вызывает таинственный адмирал, который отдает ей приказы, но она не прекращает отчаянных попыток спасти гибнущую Р
Перевод с английского Кирилла Плешкова
© ООО «Азбука», 2017
Джакку, три десятилетия назад
Мальчишка бежит по твердой неровной земле — слышится лишь топот его быстрых шагов. Вместо обуви его ноги обмотаны грязными бинтами — такими же Мерса Топол перевязывает раны шахтеров и мусорщиков, что приходят за помощью к отшельнице-лекарю. Острые камни вонзаются в его ступни сквозь тонкую ткань, стирая кожу, но ноги не кровоточат — они достаточно загрубели. А ведь многие считают его слабаком.
Каждый шаг вздымает над землей клубы пыли, с шуршанием катится по камням гравий. Ребенок несется за парой инверсионных следов, прочертивших мертвое небо. Их оставил пролетевший над головой странный корабль, не похожий ни на один из тех, что ему доводилось видеть: черный и блестящий, словно отполированное стекло. Парнишка заметил, как тот пролетает над головой, когда чистил солнечные батареи. Другой мальчишка-сирота, Брев, тогда сказал:
— Гляди, какой красивый корабль, Галли!
Одноглазая девочка по имени Наравал лишь усмехнулась потрескавшимися кровоточащими губами и авторитетно заявила:
— Долго он красивым не останется. Здесь все портится.
Мальчик должен его увидеть — увидеть красивый корабль, прежде чем Джакку его изуродует, прежде чем каменные бури исцарапают его корпус, прежде чем его краска выцветет на жарком солнце. Отшельник Колоб велел закончить работу, но парнишке было уже все равно — ему казалось, будто им повелевает сама судьба.
Он бежал — километр, другой, пока ноги не заболели настолько, что стали казаться кусками налипшего на бедренных костях высохшего мяса. Но теперь он наконец добрался до плато Горестной Руки — плоского каменного обнажения, которое отшельники называют священным местом, где святой Пустынник нашел приют в те времена, когда Джакку еще была зеленой живой планетой.
Внизу, в долине, он замечает корабль. Отраженное от его стального корпуса солнце слепит своими вспышками даже при свете дня.
«Я мог бы здесь остановиться», — думает мальчик. Собственно, ему бы следовало так поступить. Он знает, что нужно возвращаться домой, к своим обязанностям, своим размышлениям и другим сиротам.
И все же он остается, словно его влечет некая незримая сила, невидимый поводок, охватывающий горло.
«Подойду чуть поближе. Вряд ли меня хватятся».
