Вымытый, одетый в чистое и накормленный ребенок, оказавшийся мальчиком, был назван Анной Эриком и внимательно осмотрен ею совместно с Нейтоном Закари. По всем признакам, малыш получил родовую травму. Возможно, роды были тяжелые и ребенка тащили за головку, от чрезмерного сдавливания повредив головной мозг. Дальнейшее его состояние усугубилось небрежным уходом, вернее, полным его отсутствием. Сам факт того, что ребенок до сих пор был жив, внушал оптимизм — это обозначало, что мальчик обладал от природы завидным здоровьем. Нейтон постановил, что исправить последствия травмы возможно, но лечение займет долгое время и должный результат невозможен без воздействия мощных потоков Силы. Он предложил забрать ребенка к себе в клинику, но Анна решила, что у них с Корвином ему будет лучше, а сам Нейтон станет приходить с лечебными процедурами три раза в неделю, Анна же станет ассистировать ему. Все остальное время с ребенком она стала заниматься самостоятельно.
Массаж, чтение книг, прогулки, игры — все свое свободное время она уделяла подопечному, а вечерами, уложенный в кровать, укрытый мягким, теплым одеялом, мальчик засыпал, держась своей маленькой ручкой за ее ладонь.
За всеми хлопотами Анна чуть не упустила состояние собственной дочери. Мария долгое время не приходила в замок, после занятий в Академии оставаясь во дворце. Алекс и Диана любили девочку, но плохо знали ее, не замечая, как вянет она. Для всех окружающих Мария надевала маску, изображая хорошее настроение и легкий нрав и никому не приходило в голову заглянуть под эту маску и увидеть, как юная девушка, совсем еще ребенок, мучается, не в силах справиться со своими чувствами. Разговор с отцом на какое-то время помог ей успокоиться, но вскоре ее чувства, ее безнадежная влюбленность снова захватили ее.
Анна в первую же их встречу насторожилась, ей показались искусственным, наносными веселье дочери и ее радостное и беспечное настроение. Мария всегда была ребенком ласковым и добрым, но в ней не было такого усердно взращенного, показательного жизнелюбия. И Анна чувствовала боль и растерянность за маской игривости и счастья.
Она поделилась своими беспокойными наблюдениями с Корвином и тот рассказал ей о прошлом разговоре с дочерью.
— Я было решил, что она пережила все это. Все-таки первая любовь для многих бывает безответной, но люди справляются с этим и живут дальше. — озадаченно проговорил он. — Неужели она однолюбка и это чувство останется с ней на всю жизнь? Тогда сейчас она переживает настоящую трагедию.
Анна навела справки о Мартине Лавольском и ей доложили, что парню восемнадцать лет, он заканчивает Академию, весьма успешно обучаясь на факультете боевой магии. Один из лучших курсантов, умен, обладает сильным даром. О нем отзываются, как о юноше, получившем хорошее воспитание. В любой компании ведет себя легко и непринужденно. Очень нравится девушкам, а юноши дорожат дружбой с ним. Похоже, их с Корвином дочь полюбила достойного человека.
Анна своим ненавязчивым интересом добилась от Марии откровенности. Дочери, похоже, очень тяжело было переживать свою сердечную боль в одиночестве и она открылась матери, как прежде, в детстве, рассказывая о том, что ее мучает. Обнимая дочь, прижимая ее к себе, поглаживая по голове, Анна находила слова, которые могли успокоить юную девушку, совсем еще ребенка, впервые в своей недолгой жизни столкнувшейся с проблемой, которую никто не мог помочь ей решить. А почему не мог? Хорошо подумав, Анна прибыла к ректору Академии Альберту Дюфрэ с предложением злоупотребить служебным положением. Выслушав ее, прапрадед возмутился:
— И кто этот негодяй, которому могла не понравится наша девочка?
В итоге, после мозгового штурма, было принято решение провести командное соревнование по пересечению особого полигона длиной в несколько десятков километров. Пять команд, каждая из которых состояла из шести курсантов, по два курсанта от третьего, четвертого и пятого курсов. Победителем станет та команда, которая быстрее пересечет полигон и как можно полнее сохранит свой состав. Возглавил одну из команд пятикурсник Мартин Лавольский, из курсантов третьего курса в нее вошла Мария Андервуд.
Неделю до начала игры Анна тренировала дочь, давая ей не только новые магические знания, но и рассказывая о мужчинах и женщинах, об их сложных взаимоотношениях, о чисто женском подходе в борьбе за мужское сердце. Аптечка с необходимыми препаратами, нужные артефакты и приборы для сложных расчетов — каждая команда должна быть совершенно автономна и призыв о помощи мог обозначать выбытие из игры.
Команда Мартина Лавальского первой преодолела полигон, обойдя все ловушки и препятствия, не потеряв ни одного бойца и вышла к ожидающим судьям и родственникам на девятый день после начала игры. Мартин Лавольский шел впереди, держа за руку Марию Андервуд.
