— Не знаю, каким образом Творец формировал отсутствие агрессии в людях этого мира, но все получилось с точностью наоборот. Мягкое ментальное внушение ярко выраженных результатов не дает, хотя прошел уже месяц с того дня, как мы его задействовали. — Глава Совета Бенедикт Виларский, мягко ступая по комнате, словно размышлял вслух. — Пока только женщины явно поддаются его воздействию. Это можно видеть по тому, как они приобретают новые умения по изготовлению глиняной посуды, тканей из растительных волокон. У них появились новые горячие блюда, хотя детей они и раньше берегли, теперь пытаются их воспитывать, разговаривают с ними и бывают ласковы к ним.
Мужчины же мало принимают участие в семейных делах, хотя внушение должно привить им высокую оценку семейным отношениям, ответственность за своих женщин и детей. Они подолгу уходят в лес, охотятся на разное зверье. Они отважны, не боятся даже хищников, смелы до безрассудства. Чем дальше, тем меньше у нас надежды ужиться мирно с такими соседями. На наши поселения они больше не нападали, но их разведчики постоянно крутятся рядом думая, что мы их не замечаем. Становится страшно от мысли, что однажды мы встанем перед жестоким выбором — или они, или мы, ибо они не видят других отношений между нами, кроме грабежа и разбоя с их стороны.
— Два дня назад несколько аборигенов чуть не сбили нашу авиетку, летящую на низкой высоте. Смешно, но это так — кто-то из них с силой бросил тяжелое копье и оно лишь слегка царапнуло корпус, чуть прицельнее — и вполне могло кончится не так счастливо. — рассказал Альфред Минкус. — Мы не можем давать им такие знания, с помощью которых они со своей агрессией смогут навредить нам. И без того, большинство жителей наших поселений заперты, они не могут без риска для своего здоровья и для жизни выйти за пределы защиты. Мы обмениваемся продуктами с помощью порталов. Защита садов и полей ведется на пределе наших возможностей. Предлагаю отказаться от мягкого ментального внушения, сделать его более жестким и вести в основном в ночное время, когда все племя в своем лагере, в том числе и мужчины.
— Есть другие предложения? — Бенедикт обвел всех усталым взглядом. — Нет. Значит, меняем тактику.
Уже дома, после ужина, Корвин, сидя с чашкой чая в гостиной, заметил:
— Как странно все складывается — мы, владеющие магией и многими знаниями, оказались бессильными перед кучкой диких людей с совершенно примитивным складом ума. Ты не находишь все это странным, Энн? Какие замыслы вложил Творец в эту ситуацию? Чего он добивался? Я не поверю, что он так мог ошибиться с созданием нового мира и так мог подставить нас, надеясь на нашу гуманность и человеколюбие. Он должен был понимать, что мы не позволим аборигенам стать нашими палачами, а себя превратить в их жертвы. Как ты считаешь?
— Трудно сказать. — ответила Анна, выбивая согнутыми пальцами по столу ритм известной шуточной песенки. — Замыслы Творца всегда бывают рассчитаны на долгое время и никогда не удается уловить, какой конечный результат ему нужен. Не думаю, что он желает гибели переселенцев.
А нам необходимо искать возможность направить воинственность аборигенов на какие-либо цели. Как говорится, если не можешь справиться с безобразием — возглавь его.
Нужная возможность появилась буквально на следующий день после их разговора. Дэнис доложил Совету, что одна из контрольных проверок горного массива, лежащего в двух сотнях километров от Андрэфорта, показала, что в его пещерах проживают невиданные доселе существа.
Ростом не менее двух метров, с кожей серого цвета, массивные существа эти выходили из пещер лишь для охоты, а женщины — для собирательства нужных им трав и кореньев. Их лица с грубыми чертами, были всегда мрачными. Крупные головы почти сразу переходили в плечи, шея была толстой и короткой. Одежда существ была примитивной и состояла из набедренных повязок из выделанных звериных шкур. Судя по всему, новые жители этого мира были не только разумны, но и обладали даром обращаться с магическими потоками, пусть и небольшой силы. Новых соседей поселенцы назвали вундерлингами, что на одном из старых языков их мира обозначало «Странные или диковинные».
Некоторое время вундерлинги не проявляли желания покинуть место своего поселения, каждый день их жизни был однообразен, одни и те же занятия с утра до вечера. Однако же однажды этот однообразный ритм был нарушен — несколько существ мужского пола вышли из пещер и направились в леса и долины. Наблюдение за ними велось круглосуточно, поэтому не был пропущен момент, когда группа вундерлингов встретилась с такими же разведчиками — аборигенами. Ни те, ни другие даже не пытались вступить в переговоры. После короткой заминки, вызванной внезапностью встречи, они с грозным ревом понеслись навстречу друг другу и сшиблись в жестокой драке. Победа осталась за аборигенами и они воинственно потрясали копьями вслед удирающим гигантам.
