Рубашку я стянул через голову, чтобы не мучиться с крючками. Жаль, что с брюками такой номер не проходил. Пальцы протезов были слишком неуклюжими для тонких манипуляций с пуговицей. Мелкая моторика ни к чёрту. К сожалению, это могли исправить только время и практика. А сейчас я тихо злился на свою вынужденную беспомощность.
Дверь открылась, вошла Асока, увидела меня, воюющего с брюками, тихо ойкнула и залилась краской.
— Ты немного поспешила, надо было прийти чуть позже, к основному зрелищу — проворчал я. Тугая застёжка никак не поддавалась. Эти чёртовы брюки, явно не были рассчитаны на увеченных офицеров. Хотя может быть, это тонкий расчёт инженера, чтобы даже если офицер замыслит, что-то крамольное, его жертва успела бы, тихо смеясь, убежать, пока тот возится с брюками.
— Чёртова пуговица… — одно короткое движение, звук рвущейся ткани и кусок штанов остается у меня в руке. Ну вот, опять, всего-то стоило слегка переборщить с усилием.
— Мастер, я конечно понимаю, что я обворожительна… — рука Асоки начала своё движение от талии, и соскользнула по крутом бедру, но стоило ей заметить мой взгляд, она замолчала.
Что же в эту игру, нужно играть вдвоем. Мои губы растянулись в плотоядной усмешке, один короткий шаг в направлении ученицы. Тано тихо ойкнула, ещё сильнее покраснела, попятилась, неудачно наткнувшись на кровать, завалилась в неё навзничь.
— Как я вижу, тебе совсем не терпится, — усмехнулся я, смотря как Асока, ворочается в кровати, всё сильнее запутываясь в ворохе одеял. Никогда не любил заправлять постель, к тому же, с моим текущим владением протезами, это черева-то. Не уверен, что третий комплект постельного выдадут мне.
— Мастер… — обвинительный возглас из живого кокона в момент, когда я прохожу мимо, забираясь в медкапсулу. Странно, а чего она вообще ожидала? Этим мысли отвлекали меня, пока я забирался в тесный, похожий на гроб медицинский агрегат. Если моё настроение и улучшилось, то ненадолго.
— Потом… — коротко ответил я, сам ещё не понимая, что только что сказал, легкий уже ставший привычным укол в плечи. Короткое нажатие клавиши, и непрозрачная крышка закрывается. Не стоит Асоке смотреть на то, что будет происходить дальше…
Металлическая пластина с нарочитой неспешностью поднимается, шевелиться не хочется, тело помнит неприятные прикосновения бесстрастных металлических пальцев. Сильно дёргает левая рука, вспыхивают болью места проколов, там, где манипуляторы прокололи искусственную плоть, чтобы обработать многочисленные стыки живой плоти и моего механического плеча.
— Это всё так же больно? — тихо спрашивает Асока. Не утерпела и сунула свой нос, её лицо выглядит озабоченным.
— Да… — просто отвечаю я, с трудом выбираясь из капсулы. Протезы сейчас ощущаются особенно чужими. Ещё один стимул постигать Силу быстрее, хотя мои успехи всё ещё оставляют желать лучшего.
Асока осторожно поддерживая меня, помогает дойти до кровати, мои ноги словно чужие, но с каждым шагом я иду всё уверенней. С невероятным облегчением, занимаю горизонтальное положение. Я засыпаю, пока торгута обрабатывает многочисленные места проколов, с этим мог бы справиться и дроид, но у меня нет сил на то, чтобы спорить.
Корускант. Вот уж воистину, этот город никогда не спит. На ночной стороне город горел ярче ночного неба, из космоса планета была словно покрыта светящейся паутиной. Только на линии терминатора виднелись мрачные свинцовые облака. Лёгкая дрожь, когда небольшой шатл, опустился в крытый ангар. Планета встретила нас хмуро. В этом секторе сейчас была ночь. Огромный город горел ночными огнями. Снующие в небе кары сливались в единые небесные трассы летящих светляков.
— Добрый вечер. Хозяин ожидает вас… — Дроид-секретарь, забавно семеня, приблизился. — Пройдёмте, пройдёмте, не следует заставлять его светлость ждать.
Асоке и ФК001 пришлось остаться в гостиной, в компании совершенно неожиданно оказавшейся здесь доктора Нимзоры. Она любезно согласилась скрасить их ожидание, пока дроид вёл меня куда-то вглубь квартиры.
Небольшой полукруглый зал, черные, покрытые странным, словно текущим рисунком стены. Красная трехгранная колона в центре. На полу две больших чёрных подушки, на одной из них спокойно восседает император, в его руках чашка, от горячего напитка поднимается пар. Дверь закрылась за мной, столь плотно, что дверного проёма не видно. Свет идет откуда-то из углов, подсвечивая помещение зловещим синим.
Император опускает свою чашку на небольшой поднос, стоящий между подушек, жестом приглашая меня присесть. Его желтые глаза бесстрастно отслеживают каждое моё движение. Кажется что сейчас меня разбирают по винтикам. Я неуклюже опускаюсь на своё место. Комната погружается в тягостное молчание, оно затягивается, всё усиливая неприятное предчувствие.
— Твои дети живы, вполне здоровые мальчик и девочка, — тихий голос Императора, едва не выбивает из меня дух, заставив кулаки сжаться. Мой жёлтый световой меч на поясе жжет бок, вот только я полностью уверен, что он мне не поможет.
