Практика гуманитарной помощи была для недалёкой галактики не в новинку, и на неё всегда много желающих. Адъютант послушно записал нужное распоряжение. Благо, по пути будет сельскохозяйственный мир, где это самое продовольствие можно будет загрузить по бросовой цене.
Мне мешало некоторое чувство гадливости, покупать у голодных лояльность едой. Я всегда призирал действия таких политиков, и вот сам пользуюсь таким же методом. Надо не забыть зафрахтовать достаточно лихтеров для перевозки продовольствия.
Сообщение от Торговой федерации, моя просьба о встрече с новой монаршей особой Синтепетом Финдосом. Сообщает, что просьба об аудиенции — рассматривается. Хотя бы не ответили отказом, как эти, из директората Куата. Хотя это понятно, у Торговой федерации дела сейчас идут неважно.
— Разрешите… — дверь открылась, и на пороге встал виновник сегодняшнего представления. Грёбанутый клоун.
— Проходите, капитан Оззель, присаживайтесь… — капитан явно нервничает, хотя выглядит подтянуто и браво. Короткая мысленная команда, и дверь позади Оззеля заблокирована. Не нужны мне лишние уши.
— Скажите, капитан Озель, какое у вас жалование? — вопрос застал капитана врасплох.
— Тринадцать с половиной тысяч имперский кредитов, милорд… — голос у Оззеля звучит удивлённо. Да, тяжело ему, моё лицо скрыто маской, голос изменён вокодером. Но держится он хорошо.
— Напомните мне, капрал, сколько стоит один выстрел из тяжёлой турболазерной пушки? — слегка повернув голову, обращаюсь я к адъютанту.
— Восемь сотен кредитов, сэр, — следует незамедлительный ответ, да-да, я заранее попросил его уточнить. — Если не считать, конечно, износ ствола.
— Итак, капитан, сколько, по-вашему, корабль под вашим! управлением сделал лишних залпов? — внешне я абсолютно спокоен, голос деловито скучающий, надеюсь, что именно так. Хотя внутри меня всего коробит.
Сказываются свалившиеся на меня обязанности. Хочется встать, и просто наорать на Оззеля. Но, весь опыт подсказывал мне, что такой метод, дающий хороший начальный результат, полностью херится в перспективе. К тому же, если ещё придется, отвлекаться на решение корабельных вопросов, императорских молний Силы мне точно будет не избежать.
— Тридцать, милорд, — Оззель сглотнул, — по его виску потекла маленькая капелька пота. Нет, он определённо мне нравится. Умный офицер, просто необходимо прояснить некоторые моменты. Надеюсь, нам удастся сработаться. Ну, а если не получится, надо узнать границы своих полномочий.
— Двести сорок умножаем на тридцать и на цену каждого выстрела… — подсчёт я специально веду вслух.
— И на два, милорд… — коротко поправляет меня капитан Оззель.
— Что? — едва удерживаю удивление.
— Установки спаренные… — с лёгкой обречённой грустью говорит Оззель.
— Хорошо, что вы понимаете… итак, сегодняшнее представление стоило казне Империи одиннадцать миллионов кредитов. — резюмирую я. Оззель выглядит сконфужено, нет совершенно неожиданно приходит озарение, ему стыдно, чёрт подери, ему стыдно, за то, что экипаж показал такие результаты. И досада на себя, за свою ошибку, он воспринимает меня как необходимое зло.
— Учения необходимы, милорд — коротко отвечает Оззель, голос его звучит непреклонно.
— Учения, да. Но не этот… цирк! О чём вы вообще думали? И на что рассчитывали, проводя подобное мероприятие с ещё не слетанным экипажем? — одним духом выдыхаю я, всё же затараторил, чёрт…
— Они лучшие из лучших, милорд! — вскинулся Оззель, нет, он определённо мне нравится. Теперь всё зависит только от меня, что же, капитан, не одному же мне страдать от невыполнимых заданий.
— Лучшие, ну что ж, я дам вам возможность доказать это. Проведём ещё один экзамен, полгода вам на подготовку хватит? — успокоив свой голос, спрашиваю я.
— Да, милорд, — с лёгким облегчением отвечает Оззель. Странно, он что, подумал, что я его тут душить буду? Хотя, возможно, вон в парадной форме пришёл.
— Капитан, только обойдёмся на этот раз без театра. Не справитесь, что ж, не обессудьте, вам придется вернуть в казну, перерасходованные по вашей вине средства.
— Я не подведу оказанного доверия, милорд! — вытянувшись во фрунт, бодро отрапортовал Оззель. Странно, отчего такая реакция?
— Готовьте корабль к походу, капитан. Свободны.
Стоило двери за спиной Оззеля закрыться, как по моему кабинету разнеся звук лёгких хлопков. Большое кресло в углу повернулось, и в нем обнаружилась улыбающаяся Лира Уэсекс. Простой брючный костюм весьма выгодно подчёркивал фигуру конструктора.
— Браво, милорд! — она поднялась со своего места, и медленной походкой от бедра подошла к столу, опустившись в кресло, что только недавно занимал капитан. Лёгким движением она закинула ноги на столешницу, вальяжно устроившись в кресле.
— Теперь я спокойна за свой корабль, — женщина достала из небольшой сумочки, короткую палочку, в которой я с удивлением опознал сигарету. Или что-то очень на неё похожее, после чего, несколько не сомневаясь, откусила от «сигареты» половину.
