— Подслушивать не вежливо, леди… — что она вообще делает в моём кабинете. Лира одарила меня странной полуулыбкой. Затем бросила недовольный взгляд, на невозмутимо работающего адъютанта. На которого неожиданно свалилась обязанность по закупке продовольствия, чему офицер явно был не рад.
«Из-под таинственной, холодной полумаски звучал мне голос твой отрадный, как мечта. Светили мне твои пленительные глазки и улыбалися лукавые уста», — почему-то вдруг вспомнил я.
— Ну, вы же простите даме, простое любопытство? — с лёгкой насмешкой спросила Лира, опуская свои ноги обратно на пол. Низко наклоняясь при этом над столом, открывая для меня вид, на особо выдающиеся части, через ворот не до конца застёгнутой рубашки.
— И что, ваше любопытство удовлетворено? — по глазам вижу, что она играет. Понимаю, человек отдыхает, читал её дело, три года безвылазно просидеть на своём рабочем месте. От такого любой на стенку полезет, и как только представилась возможность, пустилась во все тяжкие.
— Чувство удовлетворения, это такая вещь, знаете ли, лорд… это как если у вас есть определённый зуд, и вдруг появляется возможность почесать зудящее место, вы должны понимать, как это… — лукавая улыбка, неожиданно серьезные и заинтересованные глаза. Может быть, она хочет посмотреть, на моё лицо под маской, вот и увивается вокруг? Или это ещё одно небольшое приключение?
— Знаю, мадам Уэсекс, но боевой корабль не место для праздного шатания, — при звуках своей фамилии, конструктор состроила недовольную рожицу. Да, я нагло напомнил ей о том, что она, в общем-то, замужняя дама. Хорошо ещё, что в местных реалиях примета, что, мол, баба на корабле — к беде, как-то не прижилась.
— Ну, не будьте таким скучным, лорд Вейдер… — капризно надула она губки.
— Послушайте, не хочу вас обидеть, но у меня ещё очень много работы. У нас ещё будет возможность поговорить. К тому же, вам тоже следует заняться вашими непосредственными обязанностями, — подпускаю побольше недовольства в голос.
У меня действительно немало работы, и в особенности этой работы, ещё предстоит вникнуть. Чтобы в будущем не наткнуться на гораздо лучше срежиссированное представление подчиненных. И быть в блаженном неведении о том, что у вверенного корабля отвалился правый верхний ионный двигатель.
Конструктор же прибыла на корабль, для опроса экипажа и выявления просчётов в конструкции корабля. Дабы устранить их до того, как корабли пойдут в серию. Надо сказать, что она уже начала своё общение достаточно плодотворно, особенно её интересовало общество молодых офицеров.
Насколько плодотворно, что на корабле у неё уже появились поклонники. Хотя, казалось, мы только недавно прибыли. Стоит отдать ей должное, несмотря на пересуды, с младшим командным составом она держала некоторую дистанцию. Адъютант воспринял мою просьбу приглядеть за гостей с излишним рвением.
— Ну почему вы так не приветливы, лорд? — вновь эти капризные нотки, проскакивают в голосе. Капрал аж оторвался от своей работы, чтобы посмотреть на разыгрывавшуюся перед ним сцену.
— Чего вы от меня хотите? — устало спросил я эту женщину., Без сомнения, она хороша, но, чёрт, мне сейчас не до этого. К тому же, могут возникнуть проблемы от её мужа, моффа. А нужны ли мне такие проблемы? Да и боюсь, император может воспринять подобный исход слишком благосклонно. На секунду в голове проскользнула картина, благословляющего нас на совместную жизнь Императора, под придушенный хрип одного несчастного рогоносца.
— О, сущий пустяк! — Лира плотоядно улыбнулась. — Всего лишь, чтобы вы развеяли моё любопытство. Думаю одно приглашение на ужин, я могла бы принять, соблюдая приличия.
— Хорошо, как только у меня будет возможность пригласить вас, леди, я это сделаю. Мой адъютант сообщит вам о времени.
Мостик — удивительное место. Если бы я не знал причины, почему мостик расположен отдельно от корабля, решил бы, что так сделано, только ради вот этого чувства. Стоять на вершине огромного звездолёта и чувствовать едва заметное дрожание работы маршевых двигателей. Видеть, как клиновидный корпус, сверкая множеством огней, выдается далеко вперёд. Непередаваемое чувство.
А так же мостик — самая безопасная часть любого корабля, здесь обычно находиться фокус дефлекторного щита. Но даже, в случае выхода его из строя, на мостике включается резервный, прикрывая самую ценную часть корабля невидимым зонтиком. Пока корабль под управлением, он живёт. Запасного центра управления нет, считается, что если мостик уничтожен, значит и корабль погиб. Слишком эффективны в ДДГ средства поражения.
На звездолёте нет безопасного места. Турболазер, исключительное по своей универсальности оружие. Пока пучок энергии стабилен, он имеет просто ужасающую бронебойность. Проходя через корпус, он постепенно теряет устойчивость и детонирует. Буквально аннигилируя места своего разрыва. Именно точный расчёт между временем входа заряда в корпус, и взрывом — и есть мерило мастерства канонира.
