- Мы должны осмотреть ядерное хранилище! - крикнул Элари. Он видел, что из всех построек Золотых Садов уцелел лишь огромный корпус обогатительного завода. Сурами не было дела до машин, и сражение оказалось столь жестоким, что праздновать победу, - по крайней мере, здесь, - стало уже некому. Все, - и файа, и сурами, - легли среди развалин мертвыми.
За хранилище файа сражались до конца. На смятых, посеченных заграждениях висели сотни тел сурами, и ещё больше их нашлось у подножия холма. На его плоской вершине, в залитых кровью укрытиях, за наспех возведенными, полуразваленными баррикадами вперемешку лежали тела девушек из
Внутри всё было нетронуто и чисто. Громадная глыба самоходной гаубицы мертво застыла посреди помещения, на стенах висели какие-то плакаты, тянулись трубопроводы и кабели. Вдоль стен стояло семнадцать цилиндрических контейнеров. Крышки с них были сбиты, и Элари увидел снаряды, - такие же, как на картинках. Они совсем не впечатлили его.
- Интересно, почему файа не использовали их? - спросил он. - Они же пробили свод, видишь?
Анмай поднялся к рваной дыре с торчащими прутьями арматуры. Там всё было залито кровью, - но на срезах нескольких нижних прутьев крови не было.
- Почти пробили. Но, когда им оставалось распилить лишь несколько прутьев последней решетки, сурами одолели их, и завершили их работу. Это... жестоко. А сурами ничего тут не тронули. Им нет дела до машин, и они не поняли, чем завладели, но... мы должны всё это уничтожить. Мир и без атомных бомб слишком мерзок.
- А как? - удивился Элари. - И чем?
- Магнитные пули. Твой пистолет. Ясно?
- Но разве снаряды не взорвутся от детонации?
- Взорвутся. Но предохранители не сняты, и ядерные устройства не сработают. Ты согласен?..
2.
Они укрылись за каменной глыбой в сотне метров от хранилища. Элари, стоя босыми ногами на снегу, поднял пистолет и прицелился в щель приоткрытых ворот, - Анмай показал ему, насколько выше надо целиться с такого расстояния. Тем не менее, юноша очень волновался. Он не столько боялся промахнуться, сколько попасть, - взрыв мог оказаться слишком сильным. Но другого способа уничтожить хранилище не было и он нажал на спуск.
3.
В миг выстрела Элари невольно зажмурился, и вспышка, пробив веки, всё же не ослепила его, а ударная волна только отбросила его назад. Когда стих грохот, юноша приподнялся и протер глаза. Им повезло - все обломки пролетели мимо них. К его удивлению, хранилище устояло, лишь его ворота сорвало, и внутри всё пылало, словно в мартеновской печи. От пролома ворот по площади протянулся широкий веер выжженной земли, - пламя взрыва вырвалось из них, как из пушки, опалив бункер и слизнув кусок проволочной ограды. Внутри не могло уцелеть ничего, кроме оплавленных обломков, и Анмай тут же поднялся в воздух. Когда они зависли под тучами, Элари поджал свои занемевшие босые ноги, тщательно растирая их. Файа вдруг рассмеялся. Юноша недоуменно посмотрел на него, и Анмай пояснил:
- Знаешь, в свои восемнадцать я был точно таким же, как ты.
4.
Дальнейшее Элари помнил смутно. Мгновенный переход от дикой радости свободного полета к руинам мира его мечты оглушил его, и, глядя с высоты на одно кошмарное зрелище за другим, он уже не испытывал никаких чувств. Словно всё это происходило не с ним.
Сначала они полетели к устью долины, и там Элари увидел то же самое, - развалины, груды тел, и колонны сурами, неторопливо обходящие их по пути в Лангпари. От рыбацкого поселка остались лишь обгоревшие остовы домов. Над фортом развевался странный лохматый флаг из каких-то хвостов, - знамя сурами. Под ним неторопливо бродили черные, закованные в сталь солдаты.
Они метались по всей долине, и всюду видели одно и то же, - или мертвые развалины с грудами тел, или сурами, которые неторопливо устраивались на новом месте. Наконец, Элари отыскал родное селение Суру. Оно почти не пострадало, но внизу были только сурами. Они занимались совершенно обыденным делом - убирали мусор, оставшийся от погрома, и наводили порядок в домах. Невесть отчего, именно от этой мирной картины юношу бросило в дрожь, словно он стал лишним в этом мире.
- Я же говорил, что уже слишком поздно, - сказал Анмай, когда они одиноко повисли среди серо-белого чужого мира. - А месть не в моих правилах. Сражаться за тех, кого я люблю, - да, а убивать за уже убитых... это если не безумие, то его начало наверняка.
- Иситтала говорила так же, - ответил Элари. - Вы с ней похожи. Она... - вначале юноша подумал, что она отправилась в долину Налайхи, но тут же вспомнил про тайное укрытие в горах.
5.
