В два приема перетаскиваю добычу в свою обитель. Пожалуй, по возвращению в Порто-Франко надо будет подумать о камере хранения или банковской ячейке. А то много места стреляющее имущество занимает. Рауль пока еще не бурчит, но посматривает неодобрительно. Однако, в Порто-Франко попадем мы нескоро. Сейчас наш курс лежит на куда более близкий Кейптаун.
19-й день 4-го месяца 24-го года.
Свободная Африканская Республика, г. Кейптаун.
Вот и добрались мы до здешнего форпоста цивилизации. Впечатления не самые радужные. Если Порто-Франко, не смотря на не слишком многочисленное население, по темпу жизни и ее насыщенности напоминает мне подмосковный Подольск, в котором мне доводилось бывать в архиве Министерства Обороны, то Кейптаун шибко напоминает забайкальскую Борзю, в которой прошли несколько лет моего детства. Разве что почище и бичей нет. Вместо них негры, но в город их не пускают. А за городскими стенами их дофига живет в местных аналогах забайкальских "шанхаев". Похоже, местных жителей, в основном буров, история ничему не учит. Подобный здешним неграм контингент надо либо сразу геноцидить, либо как-то социализировать. Создавать прослойку лояльной местной интеллигенции, как это сделали англичане в Индии, давать какие-то социальные лифты. Тут, похоже, ничем подобным и не пахнет. Ребята нахлебались на Старой Земле черного беспредела и с радостью воссоздают счастливые для них времена апартеида в еще более жесткой форме. Ну-ну, флаг в руки и барабан на шею. Один раз таким макаром страну просрали — пролюбите и еще раз. Вот упорно я не понимаю восторгов части нашей публики по поводу буров — таких нацистов еще поискать надо. Причем без какой-то особой промывки мозгов — с молоком матери впитывают. На редкость упертая и до ужаса религиозная публика. Даже англичане, уж на что сами были не подарок, с ними не особо ужились и начали валить из «слитой» после войны бурам Капской Области в Родезию. А потом, во время референдума о вхождении в Южно-Африканский Союз, наотрез отказались объединяться с этими отморозками.
Но черт с ними, с этими бурами. Мне с ними детей не крестить. Мне надо-то только трофеи продать. А потом могу на этот цирк и не смотреть. И я шагаю по Кейптауну в поисках оружейного лабаза. Солнышко припекает, спина уже мокрая, что не удивительно. Потаскайте на жаре килограммов тридцать железа — еще не так взопреете. Перекурил в теньке под навесом, заодно выяснив, где ближайший ормаг находится. Сделать мне это удается с трудом. Черт бы побрал этих «нэйтив спикеров»! С какими-нибудь немцами, португальцами и прочими я на английском общаюсь нормально. А вот носителей языка понимаю туго. Даже хуже, чем азиатов — с теми надо просто привыкнуть к характерным искажениям звуков и все. А тут… Куча слов, которые я на слух не воспринимаю, завернутых в хитрые грамматические конструкции. Да еще все это сдобрено немецкими(мне так кажется, по крайней мере) словечками и произнесено с зубодробительным акцентом. Но кое-как справился и вскоре имел счастье лицезреть вывеску со скрещенными «Вектором» и неизвестным мне автоматом с угловатой ствольной коробкой и прикладом «а-ля Штурмгевер» и надписью «African Weapons».
Кондиционера внутри не было — не добралось сюда это порождение цивилизации. Или хозяин, как настоящий африканец, числит различные охладители воздуха по части придуманных изнеженными европейцами дурацких и бесполезных вещей? Вряд ли — здоровенный вентилятор имеется и усердно гоняет потоки воздуха по помещению.
— Добрый день. Как у Вас дела? Могу я Вам чем-то помочь?
— И Вам здравствуйте. Неплохо, а у Вас? — стараюсь выдерживать английский стиль общения, согласно которому два джентльмена просто обязаны не менее получаса поговорить о погоде или чем-то аналогичном, перед тем, как приступить к делу.
— Все хорошо, спасибо. — ответствует продавец. Я на разную публику здесь насмотрелся, но шкуру этого индивидуума можно пускать на сапоги без какой-либо дополнительной обработки — до того данный гражданин прожарен солнышком.
— Скажите, а что за автомат у Вас на вывеске нарисован? Я таких раньше не видел.
— Пистолет-пулемет «Нортвуд R-77». Не удивительно, что Вы с ним не знакомы — их в Родезии выпускали. Всего-то несколько тысяч сделали.
— Интересно. А поподробнее можно?
— Отчего же нельзя? Родезийцам остро не хватало оружия. С ними вообще имели дело только ЮАР, сама под санкциями ООН находившаяся, Израиль и Португалия. Вот ребята и выкручивались, как могли. В нем идея — как у «Стэна». Как можно меньше сложных деталей, как можно меньше фрезеровки и токарки, как можно больше сварки и штамповки. Патрон — «Пара». Магазины на 20 или 30 патронов. Есть варианты под магазины «Хай Пауэра».
— И как получилось? Нормально?
