– Да, претеритант. Не уверен, как ему удалось установить с ним контакт, но, судя по всему, это существо действительно в какой-то мере слушается его. Крайне редкое явление, должен признать.
– Должна быть причина почему претеритант следует за ним, и тем более исполняет приказы. Думаешь у них общие цели?
– Не знаю. Даже какие у них, эти самые цели, не знаю. Не думаю, что мы должны лезть в это прямо сейчас. Сперва мы должны позаботиться о безопасности сотрудников и целостности оборудования.
Ирвинг так же, как и его коллега, перевёл взгляд на Калеба, который зорко и бдительно наблюдал за копошащимися возле устройств учёными, точно за маленьким муравьями. Однако, достаточно быстро, он заметил две пары глаз, следящих за ним. Оба мужчины постарались скрыть этот факт, но гигант уже направлялся в их сторону, с недовольным выражением лица.
– Он нас слышал. – прошептал коллеге Ирвинг, стараясь отойти на расстояние, сделав вид, что работает над чем-то.
Вьятт же, уставший от пряток и недосказанности, решил рискнуть, столкнувшись с опасностью лицом к лицу, ради попытки получить ответы.
– Нет уж, так дело не пойдёт. – С этими словами, он пошел навстречу претеританту. В скором времени, оба встретились друг перед другом.
– Я же сказал вам всем – за работу. – сухо приказал зверь.
– А что, по-твоему, мы делаем? Наши коллеги и так, не покладая рук трудятся над телепортом, причиной поломки которого кстати, послужил твой партнёр. – начал уверенно учёный, старавшейся побороть свой страх перед огромной фигурой напротив. – Я только что сам был вовлечён в процесс лично. Но как научные сотрудники, я и мы все, должны знать, для чего и над чем конкретно работаем? Он нас не посвятил в свои цели. Как мы сможем понять, чего хочет человек, с которым ты работаешь?
– Это не должно волновать никого из вас. – с тем же упрямством ответил он. – Дисмас уже сказал, что нужно сделать.
– Да, сказал. Но для чего? Если ты работаешь на него, то тебе должно быть известно зачем именно ему нужен телепорт? Разве такой претеритант как ты, станет выполнять приказы такого мерзавца как он?
– Я тебе не претеритант, фарисей. – грубо ответил гигант, явно раздражённый поднятой темой. – И я не служу Дисмасу, как служил раньше вам.
– Хорошо, хорошо. Я понял… – попытался немного успокоить его доктор.
Вьятт заметил к тому времени, что лицо высокого существа начало переменяться, становясь более раздражённым, но сумел заставить себя проглотить боязнь, продолжив разговор дальше.
– По крайне мере просто скажи, чем твой напарник занимается в Лондоне? Что ему там нужно?
– Я не обязан изъясняться ни перед кем из вас. – гораздо грубее отрезал гигант. – Вы требуете лишь тех ответов, коих сами желаете. Дальнейшие же слова излишне в этом глупом споре. Возвращайтесь на свои места, пока вновь не пролилась чья-то кровь.
К этому моменту, за разговором следили уже изрядное количество сотрудников Института.
Подошедший Ирвинг попытался было увести за руку своего коллегу, но тот упрямо стоял на своем, не желая окончания их диалога подобным образом.
– Неужели за этим Дисмасом стоит какая-то сила? Что он мог пообещать тебе? Ради чего ты следуешь за ним?
– Я предупреждаю в последний раз тебя, фарисей… – уже откровенно зарычал Калеб. Неверно, выбранные учёным слова, только сильнее разжигали огонь внутри великана.
– Прошу тебя, успокойся. Я не хочу конфликтовать с тобой. Ровно так же, как и с твоим напарником тоже. – заявил, как можно уверенней и спокойней Уоллес. – Мне уже приходилось работать с таким как ты, поверь. Я более чем готов пойти на взаимный контакт. А если ты так хочешь, я я могу подискутировать с тобой на насчёт твоей природы. Лишь только расскажи мне о…
Назад дороги не было. Вьятт знал это. Почувствовал это, когда горячее дыхание Калеба начало бить ему в лицо. Глупый и опрометчивый поступок попытки договора стал последней каплей терпения его оппонента.
Подобно быстрому броску змеи, огромная рука претеританта схватила доктора, сжала его за одежду и подняла вверх, встречая испуганное лицо учёного с красными рассерженными глазами.
– Довольно! Язык ваш подобен змеиному! Настолько же пропитан отравой и первородным грехом. – Он тряхнул учёного так, что тот аж побелел от ужаса. – Гордецы, лицемеры, искусители и лжецы – вот вы кто. Вы все! Я вижу вас насквозь! – зарычал гигант, указывая другой рукой на всех, обративших внимание на развязавшийся конфликт, испуганных учёных. – Вы и ваше «знание» – губительная болезнь, миазмы, на теле рода людского! Отрава для разума и души.
– Нет! Прошу, отпусти его! Он не хотел. – подбежал к претеританту ошарашенный Ирвинг. Однако его голоса, никто не услышал. Ярость великана была слишком необузданная, дика.