- Сотовые телефоны тоже не работают. Я пытался позвонить жене.
По его щеке пробежала слеза, и его лицо сморщилось.
- На деревьях висели части людей... кишки и прочее. Я наступил на чье-то лицо. Оно лежало в грязи. Только лицо - я не знаю, где были остальные части.
Он потянулся в бардачок, достал салфетку и высморкался.
- Там была маленькая девочка, она лежала на земле. Я думал, что она жива. Я схватил ее за руку, чтобы подтянуть, и она... оторвалась.
- Все будет хорошо, - сказал Чарли.
- Ее гребаная рука оторвалась в моих гребаных руках!
Чарли подошел ближе.
- Слушай, я знаю, что у тебя был чертовски трудный вечер. У всех нас. Но сейчас ты ничего не можешь для них сделать.
Коп нахмурился.
- Да, я знаю. Я поехал сюда чтобы спастись от запаха. Он в моей одежде и волосах. Не могу от него убежать. Я просто сижу здесь и жду. Не знаю, что делать дальше.
Чарли протянул руки, умоля:
- Не мог бы ты нас подвезти? Мы пытаемся добраться до дома. Только что прошли границу.
- Да, - сказал Фрэнк.- Мы шли всю ночь. Подвезти нас было бы здорово. Мы были бы чертовски благодарны.
Расстроенный мужчина снова зарылся лицом в свои руки и покачал головой.
- Я не могу. Пока не появится кто-то еще. Я - все, что осталось. Понимаетe?
Фрэнк попытался снова.
- Но никто не появится. Они бы уже были здесь. Так везде. Ты сам это сказал. Никто не отвечает на экстренные вызовы.
- Тогда тем более, - oфицер снова высморкался, а затем сел прямо. - Это моя работа. Служить и защищать.
- Мы тебе заплатим, - в отчаянии предложил я, доставая бумажник. Я открыл его, и фотография Терри улыбнулась мне из-за пластикового рукава. - У меня есть шестьдесят баксов.
- Извините, ребята, - сказал полицейский. - Правда. Я бы хотел вам помочь. Но я не могу. Я должен остаться.
Чарли и Фрэнк проверили свои карманы. Я уставился на фотографию Терри.
- У меня сорок, - сказал Чарли. - Фрэнк?
- Тридцать семь. Как вам это, офицер? Это почти сто сорок баксов.
- И, - добавил я, - я могу выписать вам чек на большую сумму когда мы приедем туда.
Он сделал паузу, и я подумал, что, возможно, мы убедили его. Но потом он вздохнул.
- Мне жаль. Я просто останусь здесь.
- Но почему? - спросил я, расстроенный.
- Я боюсь возвращаться туда. Боюсь того, что увижу. Удачи. Надеюсь, вы доберетесь домой целыми и невредимыми.
Мы не стали с ним спорить. Вместо этого мы снова отправились в путь. Я бросил взгляд через плечо, он все еще сидел там, сгорбившись за рулем, и плакал. Его рыдания эхом разносились по ночи. Это был одинокий звук. Я знал, что он чувствует. Я скучал по жене на протяжении всего путешествия, но в тот момент это чувство стало твердым, осязаемым, разбухающим глубоко внутри моего нутра и грозящим взорваться. Мои глаза снова начали слезиться, и на этот раз это не было связано с дымом или испарениями. Мои губы онемели.
- Спасибо, ребята, - сказал я, мой голос дрогнул.
Чарли наклонил голову из стороны в сторону, заломив шею.
- За что?
- За то, что пошли со мной. За то, что не позволили мне сделать это в одиночку.
- Безопасность в количестве, помнишь? - Чарли подмигнул. - И кроме того, это просто продолжение нашей автомобильной поездки.
- И мне нужны были упражнения, - Фрэнк усмехнулся. - Доктор постоянно заставляет меня больше ходить пешком. Ну, он получил свое гребаное желание.
Его смех был заразителен. Мы шли вместе, бок о бок, по центру дороги, и когда темнота поглотила нас, мы не заметили.
Мы добрались до Херефорда, который был бы съездом 27, если бы мы оставались на шоссе. Это был маленький городок, без промышленных предприятий или торговых центров, и только один бар. Улицы были пусты, ни транспорта, ни пешеходов. В окнах некоторых домов мерцали телевизоры, но многие другие были темными и безжизненными. Все казалось желтым в свете натриевых фонарей, выстроившихся вдоль тротуара.
- Не знаю, как вы, ребята, - прохрипел Фрэнк, - но мне нужно что-нибудь выпить.
Его лицо было бледным, как творог, а одежда полностью промокла от пота.
- Ты в порядке? - спросил я, обеспокоенный. - Ты выглядишь не очень хорошо.
- Я также не очень хорошо себя чувствую, если честно. Я слишком стар для этого дерьма.
- Мы можем остановиться, - предложил я.
- Передохнуть? - Фрэнк упрямо покачал головой. - Я буду в порядке, как только мы найдем что-нибудь выпить. Я никогда так долго не обходился без пива. Наверное, ломка.
Он улыбнулся, пытаясь отшутиться, но я видел, что он говорит серьезно.
- Да, - согласился Чарли. - Я тоже хочу пить. Не знаю, как насчет пива, но от бутылки воды я бы сейчас умер.
Заправочная станция и магазин "Эксон" были еще открыты, поэтому мы остановились там. Когда мы вошли в дверь, зазвонил колокольчик, внутри горел свет, но за прилавком никого не было. Чарли закрыл рот руками.
- Алло?
Флуоресцентные лампы мягко гудели в тишине. В подсобке включился воздушный компрессор, следя за тем, чтобы в отделе газировки и молока сохранялись холодильные камеры.
- Эй! - снова крикнул Чарли. - Есть кто дома? У вас покупатели!
- Здесь пустынно... - сказал Фрэнк. - Может, продавец исчез вместе со всеми?
