- Прости малышка, но так надо. Двадцать семь лет назад - начал Барон - в нашей ведомственной клинике рожала одна из наших агентов. Женщина за тридцать с большим опытом потерявшая любимого и решившаяся рожать на свой страх и риск. Родила вроде здорового малышку, но через три дня ребенок умер. Причина проста, недоразвитость легких, которую врачи просто пропустили. Мать первая поняла, что малыш мертв, сначала расплакалась, а потом вдруг заметила колыбельку соседки с девочкой того же возраста, что и ее малышка. Совсем молодая пара, только начали работать и влюбились. Девочка забеременела, выносила и родила в один день с женщиной здоровую красивую и крепкую малышку. Девочку назвали Женей. Была ночь женщина подошла к малышке и долго смотрела на нее, потом посмотрела на спящую соседку подумала, что у нее еще будут дети и просто подменила младенцев поменяв бирки с именами матерей и одежду на малышках. Утром молодая мать рыдала, а женщина, держа ее дочку на руках, молилась о том, чтобы никто не догадался о подмене. Как потом она мне рассказывала, она решила, что мать девочки совсем девчонка у нее еще будут дети, а у женщины, скорее всего уже нет, вот и забрала девочку. Да только жизнь повернулась к ней другим боком.
Барон замолчал, я приоткрыла глаза и увидела, что он смотрит в окно.
- Женщина ушла со службы и стала растить 'дочь' сохранив ей имя данное матерью, но через два года встретила мужчину-иностранца, влюбилась, вышла за него замуж и уехала вместе с девочкой за границу. А там совсем забыв о девочке, стала налаживать свою жизнь, родив мужу двоих сыновей и делая все, что тому угодно, совершенно не обращая внимания, на уже не нужного ей ребенка. Отчим же, которому чужой ребенок тоже был не нужен, стал обучать девочку военным премудростям и отправил в Россию, когда начался наш проект, чтобы девочка шпионила за нами, изучая наши технологии обучения. Но жизнь, смешная штука, вернувшись в Россию малышка верная семье оказалась под опекой своих настоящих матери и отца, сохранивших свою любовь и передавших ее детям попавших под их опеку. Я помню, как вы часто удивлялись, что Женя вылитая ты Ольга, но в этом нет ничего удивительного. Оля, Виктор, ваша дочь жива и ей сейчас, очень нужна ваша помощь.
Я слышала вскрик матери. Чувствовала их взгляды, но боялась открыть глаза и встретиться с ними взглядом.
- Но как ты все это узнал - спросил, наконец отец
- Эта женщина сама мне все рассказала. Пять лет назад перед смертью. Она была тяжело больна и решила облегчить совесть, а так как она видела как изменилась девочка после возвращения и понимала, что Женя не просто так вернулась, она предположила, что девочка с нами и связалась со мной, моля о помочь и защитить ее малышку. Пусть и запоздало, но она осознала свою вину и хотела искупить ее. Выслушав ее я, догадываясь о ком, она говорит, взял и просто провел тест на отцовство, сравнив имеющиеся в нашей базе ваши ДНК. Евгения Дейрайс ваша дочь и только вам решать будет ли она жить.
Было тихо, я снова начинала уплывать, но вдруг почувствовала нежную и такую знакомо любимую руку. Открыв глаза, я встретилась с полным любви взглядом матери
- Все будет хорошо. - улыбнулась она мне, а потом посмотрела на Барона - Что от нас требуется?
Это последнее, что я услышала в очередной раз теряя сознание.
В следующий раз я пришла в себя уже в палате, рядом пищали аппараты, а на стуле сидела моя мать.
- Мама? - неуверенно прошептала я, не зная можно ли ее так называть.
- Женя родная как ты? - встревожено спросила она, придвинув стул, ко мне поближе
- Больно! - я с трудом дышала - я не могу дышать!
- Все будет хорошо - гладя меня по голове прошептала она, пряча слезы - Скоро ты получишь антидот - и все будет хорошо.
- Мам, а моя сумка далеко?
- Она в шкафу, а что ты хочешь?
-Мам, возьми ее там тайный карман со стороны рисунка открой - я ждала пока мама возьмет сумку и найдет потайной карман - достань письмо, оно Андрею, если я не выживу, отдай ему.
- Не говори этого, ты выживешь, обещаю ...
- Обещай, что отдашь - мой язык заплетался, а я снова уплывала.
- Хорошо, обещаю, но ты выживешь, поверь мне...
Дальше я не слышала, я снова погрузилась в темноту.
Андрей.
Время шло, а ей становилось все хуже. Мы ждали антидот, а все, что получали, это фразу 'уже скоро'. Мама не покидала палаты ни на секунду и на нее было страшно смотреть. Она узнала, что ее ребенок, которого она все эти годы оплакивала, жив, а теперь смотрела, как этот ребенок умирает в муках. Детей я к ней не пускал, не хочу, чтобы они видели ее такой.
Я не мог на нее смотреть, мое сердце билось в конвульсиях, видя ее в таком состоянии. Поэтому я метался от палаты к коридору, где сидели все и сходил сума.
- Да успокойся же ты! - не выдержал Марк, моего мельтешения.
- Я бы на тебя посмотрел, если б там лежала Жанна - зло огрызнулся я
- Андрей - начал Марк, но его перебил отец
- Мальчики хвати! - он бросил это тем тоном, который мы все хорошо знали, значил он только одно, нам пора замолчать.
Вдруг дверь отделения, где мы ждали, открылась, вошел мужчина с кейсом.
