Долгий путь к маленькой сердитой планете полностью

– Могло бы быть, да, но ничего не произойдет. Просто мне потребуется гораздо больше времени. Кретины!

Вздохнув, она насадила на тепловое шило наконечник потоньше и привернула ручку регулировки температуры. Какое-то время женщины молчали. У Киззи уже начала затекать шея от неудобного положения.

– Э… мм… послушай, понимаю, мы с тобой совсем не знакомы, но можно задать один вопрос?

– Если учесть то, что ты делаешь для моего корабля, полагаю, ты имеешь право спрашивать все, что захочешь.

– Справедливо. – Киззи не отрывала взгляда от клея. – Ладно, итак, насчет оружия. Мы уже установили, что с этим ты сталкиваешься часто.

– Ты имеешь в виду использование оружия или то, что его направляют на меня?

– Наверное, и то, и другое. Пожалуй, я просто имела в виду ситуации, когда народ рассержен и держит в руках оружие.

– Не могу сказать, что с нами такое происходит часто. И все же чаще, чем с большинством людей.

– Достаточно часто, чтобы тебе не было страшно.

– Я этого не говорила.

– Говорила.

– Я сказала, что мне это знакомо. И тут большая разница.

– Но как перестать этого бояться? Ну, когда это происходит?

– Не понимаю.

Верхний край капельки клея заблестел.

– Ну, ты сказала, что можешь это контролировать. Я хочу сказать, если ты направила на кого-то пистолет, а он тоже, ты не должна поддаваться страху, чтобы иметь возможность опередить своего противника, правильно?

– Вообще-то… это не совсем так. – Пеи помолчала. – Ты имеешь в виду акараков?

– Ты уже обо всем знаешь.

– Да. Это по-прежнему не дает тебе покоя?

Киззи облизнула губы. «Твою мать! Смерть была совсем близко!»

– С тех пор я почти не сплю, и я не знаю, как сказать об этом членам нашего экипажа. Я устала, смертельно устала, но я так боюсь, что проснусь и увижу, как какой-то незнакомец целится в меня, что просто не могу заснуть. Я или оглушаю себя снотворным, или работаю, работаю, работаю до тех пор, пока не валюсь с ног. Я понимаю, что это глупо, понимаю, что случай из ряда вон выходящий и, скорее всего, больше никогда не повторится. Но это пугает меня гораздо сильнее, чем стена смерти, на которую я смотрю прямо сейчас. Я просто… наверное, это глупо, и я бесконечно злюсь на себя за это.

Ей в ноздри ударил едкий запах плавящегося клея. Она провела по шву пальцем. Клей размягчился, но все еще держал. Киззи нахмурилась.

– О звезды, да плавься же наконец! – Она заправила за ухо выбившуюся прядь. – Извини. Не надо мне было вываливать все это на тебя. Представляю, как глупо это звучит.

– Вовсе не глупо. Хотя у меня мелькнула мысль, почему ты рассказываешь это мне.

– Потому что ты знаешь, что к чему. Вот я и подумала, что, может быть… Я просто хочу знать, как можно жить, сознавая, что это дерьмо где-то рядом, и не бояться его.

Пеи ответила не сразу.

– Киззи, я боюсь всего, постоянно. Я боюсь, что мой корабль собьют во время посадки на поверхность планеты. Боюсь, что в бою у меня треснет бронежилет. Боюсь, что, когда мне в следующий раз придется выхватывать пистолет, мой противник окажется быстрее. Боюсь совершить ошибки, которые могут навредить моему экипажу. Боюсь протекающих биокостюмов. Боюсь плохо вымытых овощей. Боюсь рыбы.

– Рыбы?

– Ты не видела рыбу на моей родной планете. Очень острые зубы.

– Но как ты справляешься со всем этим?

– С чем?

– С тем, что боишься этой дряни?

– Ты хочешь узнать, почему я спокойно сплю, а ты не можешь заснуть. Правильно?

– Да.

– Не знаю. Быть может, у нас это устроено по-другому. В конце концов, мы ведь принадлежим к разным видам. – Пеи помолчала. – А может быть, мне просто не приходило в голову спрашивать у кого-либо то, что ты спрашиваешь у меня. Я никогда не думала о страхе как о чем-то таком, что может уйти. Страх напоминает мне о том, что я хочу остаться в живых. И мне это вовсе не кажется чем-то плохим.

– Подожди, пожалуйста! – сказала Киззи.

Расплавленный клей начал капать на пол. Ну наконец-то! Достав с пояса тонкие плоскогубцы, Киззи вытащила провод из прозрачной жидкой массы и, опустив линзы, изучила капсюль. Теплый, но не настолько, чтобы причинить неприятности. Удовлетворенно кивнув, Киззи перекусила провод и вытерла клей с комбинезона.

– Так, все в порядке. – Она окинула взглядом проход, где мигали желтые огоньки, ждущие ее. – Это может показаться странным, но мне очень отрадно сознавать, что ты боишься рыбы. И всего остального.

Киззи не сразу прочитала выражение лица Пеи, но в конце концов пришла к выводу, что ту ее слова развеселили.

– Я рада, хотя и не совсем понимаю. По-моему, я так и не ответила на твой вопрос.

– Ответила. – Подцепив капсюль кончиком пальца, Киззи вытащила его из корпуса мины. – Мне очень жаль, что это наша с тобой первая встреча. Особенно если учесть ее обстоятельства. – Она оглянулась на Пеи. – Знаю, тебе нелегко, но ты можешь в любой момент заглянуть к нам погостить. Я знаю одного капитана-исходника, который будет очень этому рад.