- Логично, - сказала она. - Сперва поклоны и приветы: любящий брат тоскует по кузине, надеется на скорую встречу. Потом деловая часть, где речь идет о поджогах и взрывах... Ну что же, ему не откажешь в логике. Вы - немка по крови, следовательно, должны быть влюблены в фюрера. Вашего супруга всю жизнь третируют большевики. Таким образом, он тоже на стороне нацистов. Что до меня, то я - особа с этакой авантюрной жилкой в характере. Скомпрометирована, осуждена на смерть, насиделась в подвалах СД, после чего завербована и направлена сюда. А чтобы не выкинула какой-нибудь фокус, нацисты взяли заложником моего мужа, которого - они знают! - я очень люблю... Можно ли было найти лучших кандидатов для ядра диверсионно-разведывательной группы в нефтяном центре Советского Союза!..
Эрика молчала. Агамиров пересел поближе к ней.
- Вижу, вам еще не все понятно... Мы организуем такую группу, она создаст видимость активной работы. Если понадобится, будет проведена имитация диверсионных актов на промыслах и заводах - это не самое трудное, Куда сложнее сделать так, чтобы противник поверил, что по советской нефтяной промышленности наносятся ощутимые удары. Тогда можно надеяться, что секретные службы нацистов не станут спешить с созданием других групп в нашем городе...
- Групп, не известных советской контрразведке, - вставила Саша. Они могут сильно навредить, прежде чем их выявят. В этом главный смысл операции. Как видите, мы только защищаемся. Вот, теперь вы знаете все.
Агамиров посмотрел на часы, встал.
- Думаю, на сегодня достаточно, - сказал он. - Подруги познакомились, поглядели друг другу в глаза.
- Мне понравилась моя старая подруга, - сказала Эрика и улыбнулась. Она тоже встала, протянула руку Сизовой: - Можете положиться на меня... Как вас зовут?
- Эстер, - сказала Саша.
- Это ваше настоящее имя?
- Не задавайте мне таких вопросов, - мягко сказала Саша. - Пока вы не должны знать больше, чем необходимо для дела... Вам полностью доверяют. Но таков порядок. И не сердитесь на меня, хорошо?
- Это вам следовало бы рассердиться на женщину, пристающую с глупыми вопросами, - сказала Эрика. - Я понимаю: для вас самые трудные испытания, быть может, еще впереди... И если так, буду молить Бога, чтобы все окончилось благополучно.
У Саши больно кольнуло сердце. С момента, когда она приземлилась на парашюте, ее не покидала мысль об Энрико. То, что она на Родине, это всего лишь передышка. Ей еще предстоит вернуться на Запад - иначе Энрико не выкарабкаться.
Агамиров сказал:
- Завтра парашютистка должна приехать в Баку и встретиться с подругой. Полдень - удобное время?
- Для меня - да, - сказала Эрика.
- О том, что агент переброшен через границу, известно не только нам, - продолжал Агамиров. - Поэтому за домом Эрики Хоссбах могут наблюдать, чтобы зафиксировать приход агента. Вот я и подумал: будет лучше, если встреча подруг произойдет "на людях". Скажем, Эрика возвращается из магазина, а возле дома к ней подходит Эстер. Тогда наблюдатель получил бы возможность убедиться, что они узнали друг друга, рады встрече.
- Мне нравится, - сказала Саша. - Так и решим.
Агамиров проводил Эрику к машине и вернулся.
- Придется вам переночевать здесь, - сказал он. - Завтра Хоссбах покажет ваше постоянное жилье. Мы решили вопрос и о вашей работе: ведь заброшенному сюда агенту полагалось бы легализоваться. Вот вы и поступите на службу. Есть несколько вариантов, выберете, какой понравится.
- Муж Эрики посвящен во все это?
- Он очень способный инженер. И хороший человек. Все понял правильно. Мы сразу нашли общий язык.
- Его зовут Назарли?
- Да, Искандер Назарли. Кстати, знает немецкий. А Эрика свободно говорит по-азербайджански... Но в контакт с Назарли войдете не сразу. Так будет естественнее. В группу мы подберем еще несколько человек. Все - наши работники.
- А тот немец... Пиффль? Мне показалось странным, что Тилле ни разу не упомянул о нем.
- Ничего странного. Тилле уже год как установил связь с этим человеком.
- Та же цель?
- Да. Естественно, мы не мешаем их контактам. Пиффль все делает как надо. С нашей помощью создал "диверсионную группу".
- Ну а практические дела? Ведь одних разговоров недостаточно.
- Мы разработали крупную "акцию" на одном заводе. Пиффль запросил согласие Берлина на проведение диверсии. И знаете, какой пришел ответ?
- Отказ?
- Похвалили за активность, но сказали, чтобы с акциями не торопился.
- Выжидают начала войны, чтобы удар оказался особенно чувствительным. Ударит Пиффль, ударит группа Альфы... Война, немцы рвутся через границу, а в глубоком советском тылу взрываются важнейшие нефтяные объекты... Неплохо задумано! Ведь и мне категорически запрещено предпринимать какие-либо действия без особой команды... Вообще оперативная обстановка сложная?
- Кроме немцев большую активность проявляют англичане. Используется территория Ирана и Турции. Они имеют в этих странах хорошие возможности...
- Представляю, как вам достается!
