– Нет, возьму без примерки. Уверена, оно подойдет. Я тороплюсь…
– Конечно, сейчас.
Продавщица метнулась к ближайшей вешалке, достала нужный размер и принялась упаковывать. Клэр нашла кредитку.
– Покупаете его по какому-то случаю?
Клэр и сама не знала. Это платье ей необходимо, и все тут, словно оно должно как-то повлиять на ее будущее.
– Еще не решила, – ответила она. – Просто понравилось.
– Лучшей причины для покупки и не придумаешь. – Продавщица завернула обновку в папиросную бумагу, отдала пакет покупательнице. – Собственно, это единственно верная причина.
В отеле царила неразбериха. Несколько человек в баре ждали, когда их наконец обслужат, и Клэр поспешила к ним с извинениями. Быстро достала из холодильника бутылку вина, одних посетителей усадила за столик, других проводила в обеденный зал и передала из рук в руки дневной официантке Черри. За регистрационной стойкой задерганная Анжелика оформляла постояльцев: невысокого коренастого мужчину и девочку лет одиннадцати-двенадцати. Рядом со скучающим видом слонялась женщина; одета она была так, будто собралась не на отдых к морю, а в ночной клуб. Наверное, та самая «подруга», которую упоминал по телефону мистер Тернер. Парень по имени Бен, по выходным подрабатывающий в «Приюте» носильщиком, подхватил багаж, и странная маленькая компания двинулась за ним к лестнице. Оказывается, сложности в личной жизни бывают не у нее одной, решила Клэр.
– Лука рвет и мечет, – прошипела Анжелика, когда Клэр зашла за регистрационную стойку. – Ты где была?
– Вот именно. – Сзади, как по мановению волшебной палочки, материализовался Лука. – Где?
Клэр воинственно расправила плечи. Нечего ее допрашивать!
– Ходила на почту, – заявила она. – И купила платье. А что такое?
Лука посмотрел на пакет, который Клэр в качестве доказательства выставила перед собой.
– Магазины? Ты ходила по магазинам. Когда здесь такой дурдом?
– Ну почему дурдом? – возразила Анжелика. – Мы все успеваем.
– Я решила, было бы неплохо надеть на ужин с Парфиттами что-нибудь новое. Моника всегда такая нарядная, не мешало бы и мне соответствовать.
Гениально. Она – гений. Клэр достала платье, показала Луке.
Тот одобрительно кивнул. Однако не успокоился. Вместо того чтобы вернуться на кухню, он упал в кожаное офисное кресло за конторкой и, вытянув длинные ноги, покрутился в нем из стороны в сторону.
– Ну-ка, поведай мне об этом как его там, – с милой улыбкой сказал Лука. – О твоем давнем друге.
Клэр не стала притворяться, будто не поняла, о ком речь. Это выдало бы ее с головой.
– О Нике? Мы знакомы с юности. У его родителей был самый большой дом в деревне. Я часто там проводила время. Дружила с Ником и его братьями, – выдала она полуправду и нервно сглотнула. – Мы потеряли друг друга из виду после смерти его мамы. – Клэр сверкнула неискренней улыбкой. – Надеюсь, ты приготовишь первоклассный ужин для его мальчишника. От этого зависит моя репутация в Мимсбери.
– А мне-то казалось, ты горела желанием поскорее оттуда уехать.
– Горела. Но мне все равно хочется, чтобы обо мне там думали хорошо.
– Типичный комплекс представительницы среднего класса.
Клэр шутливо отвесила ему шутливого пинка.
– Кого это ты к среднему классу отнес? – Она изобразила южно-лондонский акцент: – Я, между прочим, из Айлворта!
– Не волнуйся. – Лука расплылся в улыбке. – Свой холостяцкий ужин он не забудет ни за что на свете. Я об этом позабочусь.
Он еще несколько секунд посидел неподвижно, глядя на собеседниц, затем поднялся и ушел на кухню. Клэр облегченно выдохнула. Добродушное подтрунивание далось ей нелегко, но иначе было не усыпить подозрения Луки.
У стоящей рядом Анжелики глаза размером напоминали блюдца.
– Ничего не говори, – предостерегла Клэр. – И не спрашивай. Я и так рассказала тебе слишком много.
– Так она умерла? Мама Ника?
– Конечно, умерла. У нее была четвертая стадия рака.
– Четвертая стадия? Что это значит?
– Скажем так, – вздохнула Клэр. – Пятой стадии не существует.
Она повторила слова самой Изабель.
После того памятного разговора на кухне Клэр стала доверенным лицом миссис Барнс, хотя по-прежнему не понимала, почему та хочет скрыть свою болезнь. Мальчики и Джеральд, конечно, очень расстроятся, но они ведь должны знать?
Изабель оставалась непреклонной.
– Я стараюсь их защитить, милая. Пойми, если они узнают, будет только хуже. В прошлый раз так и вышло. Сейчас, когда Ник и Феликс работают на Джеральда, держать их в неведении еще важнее. Иначе бизнес рухнет, а я не могу такого допустить. Тебе кажется, у нас куча денег, но на самом деле финансовое положение не очень стабильное. «Мельхиор Барнс» обязан работать, как часы. Если Джеральд начнет беспокоиться обо мне, он забросит компанию. В прошлый раз он чуть не разорился – упустил несколько крупных контрактов, завалил поставки. Потом еще целый год все восстанавливал. Зачем рисковать? Лучше пусть никто ничего не знает.
