- Давай дальше, - сказал я. - За эти пять лет, пожалуй, здесь произошло немало событий, так?
- Да. Наверное, кое о чем ты и сам знаешь. В городе неспокойно, не то что раньше. На каждом углу пивнушки, а в остальных домах - игорные притоны. Улицы кишат пьяницами и проститутками, и никого это не колышет: только бы деньги текли рекой. Город сейчас богаче, чем столица штата. И все помалкивают. Большинство не хочет ничего менять. Городской муниципалитет во всем защищает интересы торгашей.
- Ну и кто же заправляет всем этим?
- Кто? Господи! Муниципалитет, мэр и куча всяческих ассоциаций, да еще республиканцы и демократы, и так далее, черт возьми!
- Я спрашиваю, кто тут хозяин? Кто стоит за всем этим безобразием?
- А.., понял, понял. Все игорные притоны принадлежат "Объединению бизнесменов" Линкасла, которое возглавляет Ленни Серво. Он контролирует все салуны и игорные заведения.
- Чем он владеет лично?
- Чем владеет? Да ничем особенным. Он монополизировал торговлю сигаретами и гардеробы во всех этих заведениях, а доходы у него побольше, чем у официальных владельцев. Нет, у него нет никакой недвижимости. Но достаточно монет, чтобы финансировать парня, желающего открыть салун. Ленни не из тех, кто чем-то рискует. Он посиживает себе втихоря, спокойно занимаясь своим делом.
Я глубоко затянулся, размышляя над услышанным:
- Судя по твоим словам, он любопытный малый.
- Большой человек. Каждый рад стать ему другом. Он не скупится на монету, если знает, что перед ним в долгу не останутся. Вот, например, он подарил городу замечательный луна-парк. Попросил, чтобы ему отдали заболоченный участок возле реки, и необыкновенно быстро отгрохал там парк с аттракционами, на которых публика так и кишит. Забавное местечко, я тебе скажу.
- Откуда он родом? Старик повел плечами:
- Кто его знает. Он приехал в город лет шесть назад. Начал с того, что держал салун, но за это время вырос в крупную фигуру. - Он замолк и впервые за весь разговор поднял взгляд от пола, посмотрев мне прямо в лицо. - Для человека, которому нужно немедленно убираться из города, ты что-то очень любопытен, Джонни.
- Но я не собираюсь отсюда сматываться.
- Тогда можно спросить тебя кое о чем?
- Валяй.
- Ты убил Боба Минноу?
- Догадайся сам, - неопределенно ответил я.
На стене пробили часы, а снаружи заплакал ребенок.
- Я никогда не думал, что это сделал ты, Джонни. - Он улыбнулся и пожал плечами. - Я никогда не думал этого, мой мальчик, а теперь я начинаю сомневаться.
Я почувствовал, как моя физиономия расплывается в гадкой ухмылке.
- Почему же?
- Мне казалось, что у тебя никогда не хватило бы духу совершить такое, вот почему.
- А что изменилось сейчас?
Он долго молчал, а потом тихо сказал:
- Чтобы вернуться сюда, нужно куда больше храбрости, чем чтобы прикончить старину Боба. Я растер каблуком окурок.
- Никогда не пытайся раскусить человека до конца, старик. Все равно ничего не выйдет.
- Наверное, ты прав, Джонни. А что тебе сказал по этому поводу Линдсей?
- Линдсей крутой полицейский. Он просто из кожи вон лезет, чтобы пришить мне убийство. У него имеется пистолет, из которого застрелили Боба Минноу, а на пистолете отпечатки моих пальцев - так заявил Линдсей. Старик широко открыл глаза.
- Тогда ты не сможешь...
Я вытянул обе руки, чтобы он мог увидеть, на что похожи мои пальцы.
- Он не смог ничего доказать. И даже если бы он исследовал каждую клеточку моего организма, он все равно ни за что не сумел бы доказать, что я - это я. Глупо, правда?
- Джонни! - задохнулся он. - Это еще никому не помогало...
Я расхохотался:
- Спорим?
На лице старика отразилось крайнее смятение и удивление.
- Послушай, мне надо выпить, - прохрипел он. - У меня есть еще два часа до того, как мне нужно будет снова открыть лавочку, так что поехали, выпьем где-нибудь.
- Вот теперь ты говоришь дело, - согласился я и вышел из будочки.
Заперев кассу, старик повесил на дверь будки большой замок, потом натянул пальто, и мы вышли на улицу. Из бокового кармана пальто старика торчала почтовая открытка. Я осторожно вытянул ее оттуда и бросил на землю.
- Смотри, ты что-то обронил, - толкнул я старика. Он поблагодарил, взял у меня открытку, которую я услужливо поднял, и сунул обратно в карман. Но я все-таки успел прочитать адрес: "Николае Гендерсон, 391, Саттер-Плейс".
У старика был потрепанный "фордик" 1936 года выпуска. Он сел за руль, а я втиснулся на сиденье рядом с ним.
- Куда мы едем?
- Тут неподалеку есть вполне приличный ресторанчик, единственный, где пока еще можно съесть настоящий бифштекс. Кстати, там и девочки есть, если интересуешься.
- - Девочками я всегда интересуюсь, - плотоядно произнес я и расхохотался.
Он так резко обернулся ко мне, что чуть не потерял равновесие. " - А ты стал совсем другим.
- Понимаешь, папаша, пять лет - долгий срок. Вполне достаточный, чтобы человек мог основательно перемениться, - ответил я небрежным тоном.
Старик сделал резкий поворот, огибая остановку рейсовых автобусов.
- Пожалуй, ты прав, - согласился он.
Глава 3
