— В последнюю неделю она мало со мной говорила. Думаю, что она сыта мною по горло. Сцена, которую недавно устроил здесь Лоринг, тоже подействовала на нее.
— Ваша жена сказала, что это пустяки.
— Ну да, она должна была так сказать. Но она, наверно, сама не верила тому, что говорила. Парень ненормально ревнивый. Выпейте с его женой в углу один или два бокала и улыбнитесь или поцелуйте ее на прощание, и он тотчас подумает, что вы с ней спите.
— Что мне нравится в Айдл-Валлей,— сказал я,— так это то, что все здесь ведут спокойную, нормальную жизнь.
У Роджера вытянулось лицо, но в этот момент появился Канди с двумя бутылками кока-колы. Одну он поставил передо мной, не глядя на меня.
— Через полчаса будем обедать,— сказал Роджер.— А где ваш пиджак?
— Сегодня у меня выходной,— заявил Канди.— Я не кухарка, шеф.
— Приготовьте все же холодную закуску и пиво, — сказал Роджер,—Кухарки сегодня нет, Канди. Ко мне пришел друг.
— Вы считаете его другом? — иронически спросил Канди.— Спросите об этом свою жену!
Роджер откинулся на спинку кресла и улыбнулся.
— Попридержите свой язык, малыш. Вам здесь неплохо живется. Я ведь не часто прошу вас об одолжениях.
Канди опустил глаза, затем поднял их и усмехнулся.
— Ну хорошо, шеф. Я надену белый пиджак и приготовлю что-нибудь.
Он повернулся и тихо вышел из комнаты. Роджер посмотрел ему вслед, пока не закрылась дверь, затем прищелкнул языком и обратился ко мне.
— Раньше мы называли их слугами, теперь называем Домашними служащими. Хотел бы я знать, скоро ли мы будем подавать им в постель завтрак? Я плачу этому парню слишком много денег. Он испортился.
— В виде зарплаты платите или еще добавляете?
— За что, например? — серьезно спросил Роджер.
Я встал и протянул ему сложенные листы желтой бумаги.
— Вы должны это прочесть. Очевидно, вы не помните, что просили меня разорвать их. Это лежало под крышкой пишущей машинки.
Он развернул листы и стал их читать. Читал он медленно, с мрачным лицом. Прочтя до конца, сложил вместе листы и провел пальцем по краям.
— Эйлин читала это? — спросил он.
— Точно не знаю. Может быть, читала,
— Довольно дико, не правда ли?
— Мне понравилось. Особенно то место, где говорится о хорошем человеке, умершем из-за вас.
Роджер яростно разорвал листы на узкие полоски и бросил в корзину для мусора.
— В пьяном виде можно писать, говорить или делать все, что угодно,— медленно проговорил он.— Я не нахожу здесь никакого смысла. Канди не шантажировал меня. Он привязан ко мне.
— Вероятно, вам следует еще раз напиться. Может быть, тогда вам снова придет в голову то, о чем вы писали. Мы это уже видели в ту ночь, когда пошел в ход револьвер. Думаю, что секонал тоже отбивает у вас память. Вы не производили впечатления потерявшего рассудок человека. А теперь вы утверждаете, будто не знаете того, что написали. Вполне понятно, почему вы не можете закончить книгу. Просто чудо, что вы еще живы,
Роджер отодвинулся в сторону, выдвинул ящик стола и вынул оттуда чековую книжку. Он положил ее на стол и взял ручку.
— Я должен вам тысячу долларов,—спокойно сказал он.
Он выписал чек и положил его передо мной.
— Все в порядке? — спросил он.
Я откинулся назад и смотрел на него, не притронувшись к чеку и ничего не ответив. Лицо его напряглось, глаза стали пустыми и глубоко запали.
— Я чувствую, что вы считаете, будто я убил и свалил вину на Ленокса,—медленно проговорил он.— Конечно, она была распутная женщина, но женщине не разбивают голову только за то, что она распутная. Канди знает, что я иногда уезжал из дома. Смешно, но я не думаю, что он болтал об этом. Конечно, я могу и ошибаться.
— Если даже он болтал, то это не имеет значения,— сказал я.— Его никто не стал бы слушать. Кроме того, ее убили не той бронзовой статуэткой. Она была застрелена из своего же собственного пистолета.
— Может быть, она имела пистолет,— рассеянно сказал Роджер,— но я не знал, что ее застрелили. Этого в газетах не было.
— Не знали или просто забыли? — спросил я.
— Что вы замышляете против меня, Марлоу?—все еще рассеянно спросил он.— Что вы от меня хотите? Чтобы я рассказал своей жене? Чтобы заявил в полицию? Кому это нужно?
— Вы написали, что из-за вас умер хороший человек.
— Я хотел этим сказать только одно: если детально разобраться в этом деле, то может оказаться, что я был косвенным виновником. Но это стало бы во всех отношениях моим концом.
— Я приехал к вам не для того, чтобы обвинять вас в убийстве, Роджер. Вас что-то гложет, в чем вы сами не уверены. Вы уже один раз набросились на свою жену. Вы лишаетесь рассудка, когда напьетесь. То, что женщинам из-за беспутства не разбивают головы, не аргумент. Кто-то все-таки это сделал. А человек, на которого свалили вину, по-моему, гораздо менее способен на это, чем вы.
Роджер вышел через открытую дверь на веранду и посмотрел на сверкающее на жаре озеро. Он стоял неподвижно и молчал, пока не хлопнула дверь и не появился Канди. Он вкатил чайный столик, покрытый белой скатертью, с судком, закрытым серебряной крышкой, кофейником и двумя бутылками пива.
