– Не всем это дано. Значит, таким должны помогать те, кто способны постоять за себя.
– Ишь ты, – удивленно воскликнула Катерина. – Вот не думала, что ты такая. Можешь за нее больше не беспокоиться. Я против нее ничего не имею, так, иногда зло срывала. Все в себе таить тяжело.
Оставшиеся время до сна прошло на редкость спокойно, вся компания вполне дружелюбно общалась между собой. Анжелика поведала Ольге об обещании Катерины, та не совсем поверила, но немного расслабилась.
Почти сразу после ужина в комнату, где они сидели, вошел охранник. Он внимательно осмотрел всех девушек, особенно долго его взгляд гостил на Анжелике. Он беззастенчиво изучал ее женские прелести, словно бы проводил их инвентаризацию. Затем голосом, не терпящим возражений, приказал всем ложиться спать.
Никто ему не стал возражать, хотя было еще не слишком поздно. Анжелика лежала на кровати, спать совсем не хотелось, к тому же она ждала визита Васьки. Впрочем, думала больше она другом. Она опять взвалила на себя слишком тяжелый груз. Как она будет бороться со Шкелем и теми, кто стоит за ним? Эти люди не только могущественные, но еще и очень жестокие. Для них они не женщины, а рабыни, жизнь которых не имеет никакой цены. Но именно такое отношение к человеку всегда возмущало ее до глубины души. И всякий раз она была готова броситься в схватку, даже если силы были не равны, когда встречалась с таким явлением. Но ведь есть предел и ее возможностям, где-то и когда-то следует остановиться.
Она вдруг услышала звук открывающейся двери, затем крадущиеся шаги. Еще через несколько мгновений она увидела у своей кровати темный силуэт. «Ну вот, снова начинается – с тоской подумала она. – Надеюсь, Катерина не спит.
Охранник приподнял край одеяло, намереваясь занять место рядом с ней на кровати. Анжелика схватила его за рубашку, притянула к себе, уперлась ногой в живот и отбросила в сторону.
Васька упал прямо на кровать Катерины. Та уже была готова ко встречи с ним. Она схватила его и тоже что есть силы толкнула.
Он упал, но почти сразу же поднялся. И устремился на них. Анжелика и Катерина встали рядом в боевую стойку и приготовились к отражению атаки. Этот боевой дуэт так поразил Ваську, что он замер на месте, не зная, как поступить.
– А ну катись отсюда, кобель паршивый! – закричала Катерина. – Не то останешься без своих причиндалов. Ты меня знаешь, я слов на ветер не бросаю.
К удивлению Анжелики в руках Катерина сверкнул нож, который был виден даже в темноте. Это окончательно охладило пыл мужчины, он громко выругался и ушел.
Не сговариваясь, Анжелика и Катерина бросились друг другу в объятиях, а Ольга и Наталья им зааплодировали.
– Мы победили, победили, – дружно закричала вся четверка.
Это было удивительно, но Анжелика давно не ощущала такой бурной радости, вызванной этой одержанной победой. А ведь она побеждала врагов в сто раз по страшней и по серьезней, чем этот Васька. И она не могла дать себе ясного отчета, почему она так торжествует?
На остров они прибыли через три дня. В квартире неожиданно появился Шкель. Он хмуро, словно был чем-то недоволен или озабочен, оглядел девушек и сказал, чтобы они немедленно собирались. Через полчаса все выезжают.
Катерина по привычке возмутилась предоставленными им для сборов такими драконовскими сроками, но Шкель так грозно цыкнул на нее, что она замолчала.
Впрочем, по настоящему никто не возмущался, все были рады, что покидают эту убогую квартиру, где в последние дни жили как затворницы, так как Васька, разозленный своей неудачей, не покидал их ни на минуты. И они не могли никуда выйти. А дабы усилить их заточение, он даже приносил им сам продукты, причем, специально покупал самые плохие. Так что к мукам, вызванных невозможностью выйти из дома, прибавились муки полуголодного существования.
На улице их уже ждал небольшой автобус. К удивлению Анжелики в нем уже находилось с десяток девушек. По-видимому, их всех ждал один маршрут.
Анжелика внимательно рассматривала их. Судя по внешности, большинство из них были русские, хотя были и чернокожие и девушки с азиатской внешности, скорей всего китаянки. А на этом острое по-видимому большой спрос на рабынь любви, думала она, смотря в окно. Она не представляла, куда их везут, и хотя Шкель сидел с ними на первом ряду, он не находил возможность что-то объяснять.
Их путь продолжался несколько часов и завершился на небольшом аэродроме. Шкель скомандовал всем выходить. Затем он велел им, словно солдатам, построиться в ряд и всех пересчитал. На несколько мгновений он остановился перед Анжеликой, какое-то время пристально смотрел на нее, затем усмехнулся, но ничего не сказал. Хорошо, что не заставил показывать зубы и другие места, как это происходило некогда на невольничьих рынках, подумала она.
