Я уже достаточно углубился в лес и собирался поворачивать, как услышал птичий гомон. Интересно, кто это их так разозлил? Неужели какой хорек в птичье гнездо забрался? Не утерпев, я двинулся в ту сторону. И каково же было мое удивление, когда разглядел внизу озирающегося по сторонам здоровяка. Что-то в нем было не так. Ведь перевертыш не может заблудиться в родном лесу и потом с таким отчаянием оглядываться по сторонам. А гость пах страхом, отчаянием, сомнением. Тут кусты затрещали, и к первому вышли еще двое. Мне стало жутко любопытно, но сверху было видно только макушки. Я спустился вниз и спрятался за разлапистой елью, навострил уши. Они о чем–то ругались, причем язык был не перевертышей, а какой-то чужой. Мне оставалось только поблагодарить Виллара за его настойчивость в обучении меня всяческим языкам, хоть я и не все понимал, но на то, что они сейчас своего проводника костерят, знаний хватило. Получается, это не перевертыши, а те чужаки, про которых ведун весной обмолвился? Это что же, они так долго в наших лесах, а их до сих пор не нашли? Или это остатки от группы, они отставшие? Надо поподробнее узнать, я же от любопытства умру! И Виль где-то бегает! Тоже мне, опытный старичок, найти меня не может! Я немного приоткрылся, надо же мне глянуть, где Виль. Убедившись, что он двигается в мою сторону, успокоился и стал наблюдать.
Чужаки меж тем перестали спорить и пошли в сторону гор. Вот интересно, чего они ищут? В горах точно ничего нет, через полдня пути начинается непроходимая чаща, довольно мрачная, там никто не живет. Может, они заблудились? Интересно, может, им помощь нужна? Надо подождать Виля, самому к ним лезть у меня нет ни малейшего желания. От них вроде опасностью не пахнет, только усталостью, страхом и отчаянием. Обтрепанные сильно, грязные, будто в земле копались. Да и вещей у них с собой почти не видно. Как же они ночуют? Ведь не первый месяц в пути, если это те, про которых ведун весной говорил.
Тем не менее, чужаки продолжали путь, а я тенью скользил следом. Позади громко хрустнула ветка, чужаки вздрогнули и чуть ли не бегом припустили вперед. А чего это они испугались? Перевертышами они не пахнут, значит, с ними не пересекались пока, а хищников у нас нет. Я замер, притаился, решил выждать, посмотреть, от кого они так резво бегут. Через пару минут показались преследователи. Именно так я определил хищных типов, что по сторонам зыркали и шли точно по следу тех, что впереди были. Пятеро мужиков, сытых и наглых, неспешно, с уверенностью хозяев, продвигались по лесу. Одежда на них была на порядок лучше тех, что первыми бежали, да и оружия побольше. Меня аж передернуло, когда почуял их странный интерес, так Террен на охоте ощущается, но у него здоровый азарт, жажда погони и преследования, а тут какой-то чрезмерно кровожадный аппетит, да и агрессивны сверх всякой меры. Я и первым-то на глаза показываться не собирался, приближаться – тем более, а уж от этих вообще захотелось затаиться тем самым хомячком, которым меня Виль дразнил. Что я и сделал, вжавшись в дерево, надеясь, что неприятным типам не придет в голову лезть в кусты, за которыми мое дерево стояло. Осталось только солнце мое дождаться, он сообразит, что делать.
Они протопали мимо, нисколько не скрываясь, шумно и вонюче выдыхая и ломая ветки. Резкий запах пота и немытого тела резал нос, даже на таком большом расстоянии. Интересно, что они такое жрали, чтобы так вонять. Может, это так специально делается? Любой нормальный перевертыш такую вонь за версту почует и за три обходить будет. Брезгливо зажав нос, я немного высунулся из-за дерева, хотелось убедиться, что они ушли, и я могу спокойно убежать, не рискуя быть обнаруженным. И мое солнце уже близко, хорошо…
Я спешил назад, к Виллару, стараясь не шуметь и держаться ближе к деревьям, ежеминутно озираясь назад, на тех мужиков, что догоняли первых, голодных оборванцев. И был совершенно не готов столкнуться еще с одним, что выходил из кустов, застегивая штаны.
НЕ ПСИХОВАТЬ и не биться головой!
Наши всех побьют. Почти обещаю.
(У нас же сказка! и ХЭ)
========== Глава 23 ==========
«Флерр, ты балбес!» - только и успел подумать я. Черноволосый бородатый мужик, достаточно грузный, увидев меня, отшатнулся, подхватил штаны, все еще не застегнутые, потер глаза одной рукой.
Стоим, друг на дружку пялимся.
