Ура! Так и есть! В полутьме комнаты неярко мерцал переход, из которого выходил Виллар. Я замер на пороге, не решаясь войти, любуясь своим солнцем. Темные волосы собраны в низкий хвост, куртка походная, пыльная вся… Широкие плечи, гордая шея, крепкие руки… Ясный, чистый восторг затопил с головой. Он здесь, снова рядом!
Наконец Виллар закрыл переход, мерцание угасло, погружая комнатку во тьму.
- Рани! – мое солнце с улыбкой повернулся ко мне, распахивая объятия.
- Виль! – позабыв все тревоги, я судорожно вцепился в него, с упоением чувствуя, как он прижимает к себе крепче. – Как же я…
- …скучал… – закончил тихо Виль. Он немного отстранился, лицо мое в ладони бережно взял, пальцами скулы гладит. А у меня просто дыхание перехватывает, сердце бьется, как сумасшедшее, ноги просто не держат, кажется, еще чуть – и рухну прям тут.
- Виль… родной мой… здесь… наконец-то… – шепчу, улыбаясь безудержно, а сам не могу глаз оторвать от лица любимого, глаз его, что привычно во тьме мерцают.
- Рани… душа моя… – выдохнул, губами моих касаясь. Мне же до одури захотелось почувствовать, что он тут, живой, рядом, мой только. Поцеловал его, немного язычком в рот скользнул, не отводя глаз. О-о-о… Сорра, до чего же я обожаю, когда он так на меня смотрит!
- Виль… – у меня от его взгляда во рту пересохло, сердце грохочет так, что в ушах закладывает. Не утерпев, я облизнулся, задевая его губы, и в следующий миг его губы накрыли мои. Так горячо, так обжигающе… До чего же хорошо! Виль целовал меня жарко, жадно, немного агрессивно, словно хотел растопить в своем огне… Мне же именно этого хотелось, именно так, именно сейчас! Когда я оказался к стене прижат, даже не понял, только как-то осознал в какой-то миг просветления, что я его ногами-руками обнимаю, а он меня под попу поддерживает, продолжая самозабвенно целовать. Постепенно его напор спал, солнце мое в последний раз меня мягко поцеловал, в волосы уткнулся, запах вдыхая, руками по спине поглаживая.
- Рани… – прошептал он, – как же я люблю тебя…
А у меня сердце никак не успокоится, разве что в горле больше не бьется.
- Спасибо тебе… – прошелестело у уха.
- За что? – удивился я.
- За то, что ты есть, глупыш! – фыркнул мой родной, взъерошив волосы. – Подумать только, как я жил столько без тебя?
- Ох, солнце мое…
Мы еще немного помолчали вместе, пока Виль, как и я, пытался успокоиться.
- Идем наверх?
- Хорошо! – я кивнул, не собираясь с него слазить.
- Рани? – он меня немного подкинул на руках, намекая, что я могу и ножками пройтись, на что я, хитро зажмурившись, только головой замотал и в него покрепче вцепился.
- Неси меня, Виль, неси! Я так притомился тебя дожидаться, что ножки не ходят!
- Вот ты хитрец! – рассмеялся он, но с рук не спустил. – Поможешь мне в купальне?
- Да, там вроде тепло со вчерашнего. Ты прости, тебя только завтра ждали, сегодня не топили.
- Ничего страшного… Я и сам не ожидал, что сегодня смогу вырваться.
- Вы уже все?
- Ну, как - всё… Не всё… Просто мое присутствие там больше необязательно, и я нагло сбежал, все на отца и дядю твоего свалил.
- И правильно сделал… По-моему, твой папа только рад в очередной драке поучаствовать. И не скажешь, что муж ученый, вылитый бандит-головорез с большой дороги был, когда его в последний раз видел.
- Моему отцу полезно молодость вспомнить.
- Только не говори, что он в молодости на дорогах промышлял! – съязвил я, не удержался.
- Да ну тебя! Скажешь тоже! – рассмеялся он, ставя меня на пол в купальне, куда мы незаметно дотопали. – О его учебе в Академии до сих пор байки ходят, такой он был оторва, просто жуть! Как они с матерью по камушкам её не разнесли – не знаю.
- Я рад, что все закончилось благополучно! – я обнял его, в щеку поцеловал. – Так, я пойду, полотенца принесу и на ужин что-нибудь посмотрю, голодный ведь, чую.
- Хорошо, душа моя, вместе поужинаем, составишь же мне компанию? – на это я только улыбнулся. – Только не шуми! – он подтолкнул меня к выходу.
- Не буду, не хочу родителей будить.
- Да уж, рассвет скоро…
- Не задерживайся! – я махнул ему и скользнул на кухню.
Там, стараясь не греметь, подхватил хлеб, сыра, мяса запечённого, что с ужина осталось, фруктов, всё на поднос взгромоздил. Кое-как боком донес ценный груз до своего чердака, там стол накрыл. Ещё раз на кухню сбегал за травяным настоем, которым меня матушка поила, и морсом. Потом, хлопнув себя по лбу, за пирогом вернулся. Виль рядом, и благословенный аппетит вернулся. Так что, не дожить пирогу до утра, ой, не дожить.
Я как раз успел постель перестелить, как пришел Виль, забавно зевающий. У меня и самого глаза просто закрывались, видно, сказались которые сутки без сна, и теперь, когда солнце мое рядом, спать хотелось неимоверно. Но поесть-то надо? Надо!
- Виль, давай, иди к столу. Хоть немного перекуси, и спать, хорошо?
В ответ у него в животе заурчало. Рассмеявшись, он уселся на табурет.
- Корми меня, душа моя. Вот честно, за весь день так умотался, что даже присесть минутки свободной не было! Зато освободился пораньше! – последнее он уже пробурчал с набитым ртом, запивая морсом.
