— Туда, где ты. Я понял это еще тем вечером на Тайби. Да что там, я понял это в тот самый миг, когда ты схватила меня за руку в самолете. Никакая сила на земле не сможет нас разлучить. — Я нежно ее поцеловал. — Поэтому ты должна сесть в самолет, Иззи. Я не смогу ни думать, ни сосредоточиться, я не пройду и десяти шагов, если не буду уверен, что ты летишь в безопасное место.
— Мы как магниты, да? — Она обвила руками мою шею. — Всегда находим друг друга.
— И мы снова друг друга найдем, обещаю. — Я коснулся рукой мягкого изгиба ее талии, борясь с эмоциями, грозившими прорваться наружу. — Мы еще не использовали наш шанс.
Иззи встала на цыпочки и поцеловала меня.
Я коснулся губами ее губ, поцеловал, как в последний раз. Когда же наконец оторвался от нее, мы оба тяжело дышали.
— Я люблю тебя, Изабо Астор. Пообещай, что сядешь в этот самолет. Я знаю, ты хотела бы остаться ради Серены, но ты должна улететь. Ради меня.
— Пообещай, что вернешься.
— Обещаю. Я тебя найду. У нас еще все будет.
Сердце разрывалось от любви к ней. Прощания всегда давались мне тяжело, а это — тем более.
— Я тебя люблю. — Она прижалась ко мне, и я крепко поцеловал ее в лоб, стараясь дышать как можно глубже, чтобы отступили жгучие слезы.
— Я люблю тебя, — прошептал я.
А потом отпустил Иззи и шагнул назад; ее руки безвольно повисли, а я в последний раз посмотрел на нее, повернулся и велел своим ногам шевелиться. Они понесли меня прочь.
— Держись, дружище, — сказал Торрес, который все это время стоял, прислонившись к стене. — Я знаю, как много она для тебя значит.
Много — не то слово. Она была моим миром.
— Если бы я попросил тебя ее сопровождать, ты бы согласился?
— Если бы мог, конечно, согласился, ты сам знаешь. — Он бросил на меня взгляд, полный сожаления. Я не выдержал и отвернулся. — Но я не могу, Нейт, и ты знаешь, почему.
— Да. — Я схватил рюкзак, который оставил у входа во временное посольство, и закинул его на плечи, а потом попытался вытеснить все эмоции. Не время терять голову из-за Иззи. Время действовать ради Иззи. — К сожалению, знаю.
Глава тридцать перваяИззи
Я смотрела на часы, которые отсчитывали минуты, а потом часы с момента ухода Нейта, и, как могла, пыталась собраться с мыслями.
Людей было слишком много, а помощников не хватало.
Все вокруг пропиталось паникой, а когда снова открыли взлетные полосы, к панике прибавилось отчаяние. Отчаявшиеся люди искали родных, пытались в последний момент получить визы, на которые давным-давно подали документы. Старались раздобыть место на любом рейсе, лишь бы улететь прочь.
Почти каждую минуту я отрывалась от дел и выискивала в море лиц лицо сестры, но той нигде не было. Нейт ушел. Серена пропадала неизвестно где, а я ничем не могла помочь им обоим.
Сказав двенадцатому военному переводчику — а может, тринадцатому, я сбилась со счета, — что я никак не могу ускорить обработку его документов, я почувствовала себя полностью разбитой.
Я не заметила, как часы пробили три. Я хотела подозвать следующего человека в очереди, но слева от меня возник мужчина.
Мужчина с седой бородой в военных брюках карго и пистолетом в кобуре, в черной рубашке и кевларовом бронежилете.
— Изабо Астор? — обратился он ко мне.
— Вы от сержанта Грина, — догадалась я, и у меня защемило сердце.
— Мы оба знаем, что его зовут не сержант Грин, но да, я от него. — Незнакомец натянуто улыбнулся. — Он сказал, вы познакомились, когда ваш самолет разбился.
Я кивнула:
— Пора идти?
— Да. — В его глазах читалось сдержанное сочувствие. — Сестра так и не приехала?
Я еще раз окинула взглядом толпу и покачала головой.
— Простите, но ждать нельзя.
— Понимаю.
На языке вертелся отказ; я хотела остаться и помогать до самого конца, но потом вспомнила лицо Нейта, когда мы прощались.
Одиннадцать дней он рисковал жизнью, чтобы меня защитить.
Пускай я не смогла вернуть Серену, помочь ее переводчику, помочь… всем этим людям. Но я могла выполнить волю Нейта, чтобы он перестал обо мне тревожиться.
— Хорошо, — кивнула я, взяла визу Таджа и передала ее сидевшему рядом сотруднику посольства. Надела рюкзак и посмотрела в глаза человеку, которого Нейт за мной послал. Которому он доверил мою жизнь. — Я готова.
На самом деле я не была готова, но согласилась пойти. Ради Нейта.
Потому что он любил меня. Он три года носил с собой мое кольцо. Он вытащил меня из тонущего самолета. Однажды я его отпустила и с тех пор жалела об этом каждый божий день.
Я пошла за своим безымянным спутником, не пытаясь закрыть глаза на страдания и страх на лицах попадавшихся мне по пути людей. Я внимала происходящему и запоминала все лица, позволяя им отпечататься в своем сознании, ведь рядом не было Серены, чтобы их сфотографировать.
