Дом был полон старых книг, пыли и всякого безобразного старья. Но интересы Жильдаса Делайе мало походили на интересы настоящего антиквара. Скорее, на интересы скопидома.
Он вошел в кабинет. Скромная обстановка, письменный стол темного дерева, заваленный бумагами, большой стационарный компьютер с системным блоком, экраном и клавиатурой.
Что-то было не так. Он не мог представить себе Делайе, заходящего на сайт «Когда родители спят». Староват он для такой игры.
В доме ни следа современной техники, разве что телевизор и компьютер. Но почему Тео согласился прийти на встречу с учителем глубокой ночью? Он ведь далеко не смельчак. Ему наверняка было очень страшно. Сервас был готов побиться об заклад, что мальчик знал, с кем идет на встречу. О чем они говорили ночью в лесу? И как Делайе удалось выманить мальчика из дома?
Ясно одно: их было двое,
И, по словам Тео, взрослого звали Жильдас Делайе.
Сервас достал и надел латексные перчатки и быстро посмотрел на дверь. Ему нельзя было этого делать – ведь он просто наблюдатель. Потом включил компьютер. Никакого пароля, прямой доступ. На первый взгляд, в компьютере не было ничего особенного. Он открыл историю поисков. Делайе ее не удалял. А может, схитрил и удалил только те запросы, которые могли его скомпрометировать. Или соединялся с сайтами, требующими особого внимания, каким-то тайным способом.
Затем он осмотрел стол. Письменные работы учеников, приготовленные для проверки, заметки, книги по школьному курсу. Ящики стола тоже не дали никаких ответов. Выйдя из кабинета, он увидел в другом конце коридора закрытую дверь.
Сервас подошел, повернул ручку и толкнул дверь. Жалюзи были закрыты, и комнату заливал смутный, сероватый дневной свет. Он сделал всего один шаг, и сердце сразу забилось. На секунду ему показалось, что у него галлюцинация.
Все чучела были расставлены на деревянном столе в центре комнаты, и их морды находились как раз на уровне лица стоящего человека.
Темная переливчатая шерсть, жесткая, как малярная кисть, оскаленные острыми зубами морды, сильные, мускулистые лапы, гладкие перья… Но самое главное – глаза: пристальные, злобные или вытаращенные от страха. Лиса. Сорока. Куница. Барсук. И даже олененок.
На него глядели мертвые глаза. Целый круг зрачков впился в него беспокойно и тревожно. Популяция призраков. Все эти создания когда-то были живыми. Они бегали, летали, охотились, ели. А теперь они мертвы, но тщательно расставлены, как в театральной мизансцене.
Он закрыл глаза, потом снова открыл и сделал глубокий вдох.
Может быть, это последствия ночной гонки в карьере… А может, стресса… Будущий дисциплинарный совет и предстоящая возможная отставка подсознательно делали свою работу. Хотя он и заставлял себя не думать об этом, но все равно знал, что какая-то часть его мозга не выпускает это событие из поля зрения. А может быть, с ним сейчас случилось то же, что случалось с Гюставом.
Он поспешил выйти и в коридоре столкнулся с Ирен.
– С тобой что-то не так? Ты очень бледный.
– Да нет, все в порядке.
– Не похоже… Что там, в этой комнате?
– Ничего, только чучела животных.
Она удивленно на него взглянула, и он открыл дверь.
– Это может быть как-то связано с любителем мизансцен, тебе не кажется? – спросила она, внимательно оглядев зверей с порога.
Он кивнул.
– Вот-вот, и я подумал то же самое.
– Но пока зацепиться почти не за что…
– Может, где-нибудь здесь есть еще тайник…
– Ну, а сам-то он где, будь он неладен? На звонки не отвечает. А если он вообще сбежал из долины?
Они подошли к входной двери и вышли на маленькую площадь. Сервасу не хватало воздуха. Надо выкурить сигарету. Закурил он не без угрызений совести. Но жвачка кончилась. Ай, да ладно, вернемся снова к угрозе рака гортани…
– Отсюда не так-то легко выбраться, – заметила она. – Надо либо знать все тропы, ведущие в соседнюю долину, либо идти напрямик через лес.
– Думаешь, он так и поступил?
– Вероятно, испугался, когда увидел, что кто-то направляется к дому Тео…
