Бакстер по-прежнему не поднимал глаз, сосредоточенно изучая рукоять своего кинжала.
— Погляди сюда, — велела Лорелея.
Бакстер неуверенно посмотрел на наемницу.
— Позови пса.
Бакстер поманил к себе Хвата. Тот радостно подбежал, и они начали веселую возню.
— Хват! — резкий оклик прозвучал, словно удар хлыста. — Взять!
Пес застыл на месте с удивленным видом и вдруг в одно мгновение преобразился. Хрипло гавкнув, он бросился на вскрикнувшего Бакстера, толкнув его в грудь тяжелыми лапами. Юный лорд Рысь, не ожидавший нападения, не устоял на ногах и рухнул на пол. Хват придавил его и зарычал, оскалив свои внушительные клыки. Глаза его зажглись диким волчьим блеском.
— Назад!
Хват прижал уши и снова зарычал. Зубы лязгнули у самого лица Бакстера. В следующий миг Лорелея ухватила пса за ошейник, рванула назад, стаскивая с мальчишки, и несколько раз встряхнула.
Бакстер завороженно смотрел, как легко она управляется с крупной собакой.
— Назад!
Голос Лорелеи походил на рычание Хвата. Тот снова показал зубы, но не выдержал взгляда и голоса хозяйки и смирился, поджав хвост.
— Сидеть!
Хват уселся перед Лорелеей, заискивающе посматривая на нее. К Бакстеру он утратил всякий интерес.
— Он ведь тоже не похож на убийцу? — обернулась наемница к мальчишке.
Бакстер оперся на локти и приоткрыл рот. Лорелея подошла к нему и присела на корточки. Бакстер увидел ее пустой взгляд, и ему стало страшно.
— Никто из настоящих убийц не похож на убийцу, — сказала Лорелея. — В этом весь смысл. В том, чтобы не выделяться.
— Но ты выделяешься, — возразил Бакстер.
— Когда мне не надо никого душить, — усмехнулась Лорелея и помогла ему подняться с пола.
— Если ты можешь убить кого угодно, то почему терпишь это все?
— Ты предлагаешь мне убить короля сенхинолов и его сестру? — рассмеялась Лорелея.
Она похлопала по бедру, подзывая Хвата, и потрепала пса по ушам.
— А ты могла бы? — спросил Бакстер.
— Королей просто так не убивают, — пожала плечами Лорелея.
— Но мне уже хочется прикончить их обоих! — Бакстер стиснул кулаки и упрямо сдвинул брови. — Мы торчим тут уже третью неделю, а насчет зерна — одни пустые обещания. А Гордый Ворон только…
Он осекся. Лорелея снова пожала плечами. За дверью послышались быстрые шаги, и в комнату без стука вошел Гордый — в нарядном костюме из атласной ткани, ало-лиловой, расшитой золотыми узорами. У Бакстера округлились глаза.
— Я во дворец, — холодно сообщил Ворон. — Пойдешь со мной?
Лорелея ответила не сразу. Она рассматривала тщательно расчесанные и уложенные волосы Гордого, его пышное облачение и новые щегольские сапоги — из крашеной красной кожи с такими же золотыми узорами, как на одежде и на высоких каблуках.
Ворон нетерпеливо нахмурился. Наемница молча кивнула.
— Пса не брать!
Хват насторожил уши.
— Хват, сидеть, — велела ему Лорелея.
Гордый бросил на Бакстера недовольный взгляд и вышел, не озаботившись подождать телохранительницу.
Лорелея быстро догнала его и пошла, держась у Гордого чуть за плечом.
— Нечего на меня так смотреть, — заявил Ворон. — Сегодня во дворце большой обед, король Аэрин празднует Имболк. Ко двору прибыла вся сенхинолская знать. Меня тоже позвали, и не мог же я явиться туда в кольчуге или старой гвардейской куртке. Все-таки я посол Серых гор. Пришлось пошить одежду.
— Был бы только от одежды толк, как и от праздника, — ответила Лорелея. — Ты помнишь, что зерно нужно привезти к посевной?
— Все я помню, — поморщился Гордый. — Но не могу же я требовать от Аэрина бросить свои дела и заняться нашей нуждой. Это неучтиво.
— Мы здесь три недели, — напомнила Лорелея. Держать посла столько времени без ответа — вот что неучтиво.
— Надеюсь, сегодня ответ будет, — вздохнул Гордый. — И вот еще что… Мне неловко тебя просить, но на обеде всех знатных господ сопровождают…
— Слуги, — договорила за него Лорелея.
— Ну да, — смешался Гордый. — Что-то вроде этого. Как ты понимаешь, я не могу взять никого из фениев, они все злы на меня и короля из-за задержки. Не могла бы ты просто постоять за моим креслом?
— Для этого я и нужна. Мне самой спокойней будет, если я смогу за тобой присматривать на пиру.
Гордый хотел что-то добавить, но осекся, и до дворца они дошли в молчании.
Пир во дворце короля Аэрина оказался пышным, хоть и не таким роскошным, как у его могущественных соседей. Блюда подавали сытные. Здесь были кабаны, начиненные мелкими пичужками с подрумянившейся медовой корочкой, что так приятно хрустела на зубах, огромные морские рыбины в соусе из диких слив, королевские олени, набитые разварной просоленной кашей, пироги со всевозможными начинками и огромные сахарные пряники, покрытые глазурью. Густое бархатное пиво лилось рекой, слуги постоянно подливали его пирующим из громадных бочек, что стояли по четырем углам зала.
