А эльфы все-таки есть! И хотя они не совсем такие, как думали многие почитатели одного английского профессора, но говорят они действительно на языке квенья, а это значит, что создатель «Властелина колец» все-таки что-то знал о них… Но лесной народ, совсем не желает общаться с людьми – по заключенному между эльфами и представителями человечества договору старый лес Лориен стал чем-то вроде заповедника. Но одного человека эльфы все-таки к себе пускают – это Роман Евсеев, которого ещё в детстве пожалел стоящий на страже границ заповедного леса эльф Анётель. Только Роман действительно знает лесной народ, понимает его, и только он может попытаться спасти это удивительное племя, которое кажется уже обреченным на гибель – ведь уже более трех сотен лет не родилось ни одного эльфа…
Посвящается Александру Громову, который знает об эльфах всё.
До конца бесконечно длинного пологого подъёма оставалось едва ли больше сотни шагов, когда велосипед сломался. Педали провернулись неожиданно легко, а скорость мгновенно погасла, так что потерявший равновесие Роман едва не грохнулся на асфальт. Наклонился, разглядывая поломку и обнаружил, что цепь не просто соскочила со звёздочки, а лопнула и тяжёлой металлической змейкой лежит на дороге шагах в десяти. Роман оставил велосипед, вернулся и подобрал цепь. Одно из звеньев, украшенных гордым клеймом «English's steel», не выдержав нагрузок, раскололось как раз поперёк надписи. Такую поломку не исправить ни гаечным ключом «семейка», ни при помощи велосипедного насоса. Других инструментов с собой нет, значит, дальше придётся топать, ведя железного коня под узцы.
Как всегда после долгого верчения педалей первые шаги давались трудно, пространство сходу обрело вязкость, удивляя медленностью передвижения. Кривоного шагая, спешенный велосипедист добрался к началу пологого спуска и, вскочив на приступку педали, покатил вниз, используя покалеченный велосипед как самокат. Дурацкая поза, дурацкая езда, но всё-таки не пешим по конному, а на колёсах. Мотель «Гарцующий пони» отсюда в полутора километрах, так что доехать удастся минут за десять. Если, конечно, не отвалится колесо или не переломится рама.
Возле мотеля сиротливо стояла одинокая малолитражка, «Гарцующий пони» явно не пользовался слишком большой популярностью. Роман прислонил инвалидный велосипед к стене и вошёл в трактир. На звон позеленевшего колокольчика из кухни появился коренастый мужчина, маскарадно наряженный во что-то до нельзя патриархальное.
– О сударь! – вскричал он, вздев руки с растопыренными пальцами, каждый из которых напоминал поджаренную на рашпере сардельку, – я вижу, вы опытный путешественник и знаток эльфов! Некоторые приезжают сюда на автомобилях и полагают, будто эльфы покажутся им! Да эльфы бензиновой гари на дух не переносят. Только велосипед, сударь, только велосипед! А дальше, в сторону Лориэна – и вовсе пешком. Велосипед можете оставить здесь, за ним присмотрят…
– У меня цепь порвалась, – сказал Роман.
– Ничего удивительного, сударь. Было бы странно, если бы дело обошлось без поломок. Эльфы не любят вообще никаких механизмов и частенько пользуются магией, чтобы попортить иной из них. Да будет вам известно, что эльфы в родстве с гремлинами, хотя наука и отрицает существование этих проказливых вредителей. Однако, вспомните, совсем недавно наука отрицала существование самих эльфов. А что касается цепи, то её вам починят, так что будет крепче заговорённой. Но прежде всего, сударь, обед! Жаркое из оленины, эль и, конечно, глоточек здравура…
– Я, собственно говоря, хотел бы видеть Лавра Наркисса, – перебил толстяка Роман.
– Лавр Наркисс к вашим услугам! – от усердия трактирщик шаркнул ногой.
– Э-э… – протянул Роман, стараясь вспомнить настоящее имя владельца «Гарцующего пони», – я имею в виду – Бредли Петерсона.
– Вы знали старого Бреда? – трактирщик помрачнел. – Так он умер уже три года как. Теперь я веду его дело и прозываюсь Лавром Наркиссом. Ничего не поделаешь, бессмертны только эльфы, а люди приходят и уходят.
– Эльфы тоже смертны, – поправил Роман.
– Оно, конечно, – согласился трактирщик с сомнением в голосе, – однако, когда у тебя за плечами тысяча лет и впереди по меньшей мере ещё столько же, можно и забыть о времени. А вот нам этого никак нельзя, поэтому, милостивый государь, прошу к столу! Жаркое из оленины…
«…из говяжьей вырезки,» – усмехнулся про себя Роман, а вслух сказал:
– Я, пожалуй, всё-таки пойду. А глоточек здравура выпью уже там.
– Прошу прощения, – осторожно произнёс трактирщик, мучительно колеблясь между желанием сказать правду и боязнью потерять клиента, – но на вашем месте я не был бы так самонадеян. Даже увидеть эльфа издали – редчайшее везение, а уж надеяться, что они усадят вас за свой стол…
– Прежде мне это удавалось, – улыбнулся Роман.
– Вы хотите сказать, что вы Кэрдан? – шёпотом спросил трактирщик.
– Совершенно верно, – признался Роман. – Меня зовут Роман Евсеев.
– С ума сойти! Ведь вас не было в наших краях лет, наверное, двадцать! Вы уверены, что эльфы вспомнят вас?
– Когда у тебя за плечами тысяча лет, – процитировал Роман, – можно не думать о такой мелочи, как двадцать лет. Так что, с вашего позволения, я пойду. Позаботьтесь о моём велосипеде.
– Разумеется… конечно… заказ есть заказ… – трактирщик вперевалку подбежал к дверям, провожая гостя, приостановился на мгновение: – Господин Кэрдан, я всё сделаю в лучшем виде… совершенно бесплатно… только… вы не могли бы называть меня Лавром Наркиссом? Это было бы как признание…
– Хорошо, Лавр, договорились, – сказал Роман.
