Долина надежды полностью

– Нет уж, благодарю покорно! Мне не нужны ни вы, ни ваша плантация! Я не претендую на собственных рабов. Я вернусь во Францию как цивилизованный человек и не буду иметь ничего общего с этим американским адом. Получив заслуженную награду от короля, я куплю поместье, в котором землю будут обрабатывать французские пейзане, найду себе девушку с приданым, женюсь на ней, обзаведусь французскими детьми, буду охотиться или наезжать в Париж, когда мне станет скучно дома. Я намерен жить так, как подобает истинному французу. Я мечтаю исполнить свой долг, обзавестись наследником, после чего наслаждаться жизнью до конца дней своих. Девочка моя дорогая, поймите же, мы с вами и в лучшие-то времена, не говоря уже о нынешних, не подходили друг другу, и, даже предложи вы мне всю виргинскую колонию с ее табаком, вам не удалось бы заставить меня остаться здесь. Простите, но мне придется напомнить о том, что в те далекие годы мое обещание жениться на вас было вырвано у меня силой и против моей воли. Даже будучи маленькой девочкой, вы уже тогда проявили свою властную натуру, буквально загнав меня в угол перед королем и мадам. Но сейчас их здесь нет. Так что нет, нет и еще раз нет!

– Перестаньте твердить свое «нет» с этим отвратительным французским прононсом! И перестаньте вспоминать всю ту детскую ерунду! Это будет всего лишь брак по расчету, пустая формальность, которая вовсе не обязательно должна помешать вашим планам.

Анри вздохнул, изобразил на лице страдальческое выражение, столь характерное иногда для мужчин, и принялся растолковывать ей все недостатки ее плана – медленно и терпеливо, словно разговаривал с несмышленым ребенком.

– Софи, дорогая моя, даже если бы я хотел жениться на вас, чего нет и в помине, в этих дебрях поженить нас просто некому. Я католик, и обвенчать нас может только священник, но даже это неосуществимо, поскольку вы, будучи англичанкой, являетесь протестантской еретичкой. И даже если бы здесь отыскался священник, как бы мы потом смогли добиться признания брака недействительным или хотя бы развода? А? Получить развод – удовольствие дорогое и практически невозможное. В самом лучшем случае на это ушли бы годы, потребовалось бы применение частного права и, скорее всего, разрешение от Папы, да и бог знает что еще. Полагаю, добиться признания брака недействительным легче, но и это непросто, ведь, насколько мне известно, придется подавать прошение в церковный суд, а потом…

– Да забудьте вы об этом! Не хватало еще нам с вами забивать себе голову всякой ерундой, – отмела София его возражения небрежным взмахом руки. – К тому же сейчас не самое подходящее время для того, чтобы терзаться угрызениями вашей католической совести, которая, если мне будет позволено заметить, до сих пор нисколько вас не беспокоила. – С этими словами она поддернула свою обтрепанную юбку выше колен и плеснула водой на бедра, длинные и стройные, подавшись вперед так, что в низком вырезе платья стали отчетливо видны ее груди.

Анри попытался отвести взгляд от столь соблазнительного зрелища, но это оказалось настолько трудной задачей, что, едва переводя дыхание, он взмолился:

– Прошу вас объяснить, каким образом женитьба на вас оставит меня свободным для последующего брака с француженкой?

– Все очень просто. Наш брак будет выглядеть достаточно законным в Вирджинии, дабы послужить моим целям, и в то же время во Франции он будет недействителен по причинам, которые вы назвали. Так что, вернувшись во Францию, вы сможете с чистой совестью забыть о нем. Очень удобное и счастливое решение, вы не находите?

– Что? – Логика ее выглядела крайне извращенной и беспринципной, особенно если учесть, что исходила она от женщины. Кроме того, Анри оказался буквально заворожен тем, что еще одна пуговка на корсете Софии расстегнулась, и девушка принялась брызгать водой на шею, чтобы охладиться. Капельки побежали по ее груди, и корсет тут же намок…

– Право слово, Анри, все очень просто и логично. Если мы найдем священника, чтобы обвенчаться, то поженимся. Хотя, я думаю, на самом деле нам достаточно того, что он подпишет свидетельство о том, что мы были женаты. Но мы можем и просто обручиться, дав брачный обет друг другу, – этот обычай, насколько я понимаю, пользуется большой популярностью у шотландских фермеров на границе, где наблюдается явная недостача священников, – и провозгласим себя мужем и женой. Я прихватила с собой сундучок Томаса, в котором вместе с моей купчей крепостью лежит и свидетельство о браке Томаса и Анны. Я могу скопировать его и подделать. И тогда, благодаря свидетельству о том, что мы женаты, я и все, что мне принадлежит, раз и навсегда окажется вне досягаемости Томаса.

– Что? Двоеженство и подлог! – Анри воззрился на Софию, разрываясь между восхищением и возмущением.