Хозяйка дома, женщина милая и обходительная, приняла меня очень радушно и, не мешкая, показала мне мою комнату. Господи, наконец-то кровать! Покончив с ужином, я наскоро обмылась и легла в чистую постель (все тело болело так, что не хотелось лишний раз шевельнуться) и моментально уснула.
Морщась от боли, я встала и обвела комнату взглядом, ища свою одежду, когда в комнату вошла пухленькая девушка с тазом, кувшином воды и горой полотенец.
– Доброе утро, мадам! – сказала она и разложила принесенные вещи на комоде.
Она быстро отдернула занавески, и комнату залил такой яркий свет, что я мгновенно зажмурилась.
– Ваше счастье, что сегодня такой солнечный день! – радостно заявила она и закружилась возле меня, словно пчелка над цветком. – Небось волнуетесь?
– Волнуюсь? – удивилась я. – Это еще почему?
– Но ведь сегодня у вас свадьба!
– Сегодня? – повторила я, не в силах сообразить, о чем идет речь.
Девушка замерла на месте с видом столь же смущенным, сколь и озадаченным.
– А вы разве не знали?
– Знала, конечно! Но все никак не могу проснуться, – ответила я, пытаясь оправдать свое глупое замешательство.
– Если бы это я выходила за такого мужчину, как господин Лиам, я бы точно всю ночь не сомкнула глаз!
Она бросила на меня быстрый завистливый взгляд.
– Сегодня вечером разобьется немало сердец…
Стащив с меня через голову сорочку, она поморщилась.
– Сегодня вам нужно принять душистую ванну! И надеть что-то другое, – добавила она, отталкивая ногой в сторону мое пыльное платье.
– Но другой одежды у меня нет.
– Леди Кеппох подыщет для вас что-нибудь достойное. А пока нам надо поторопиться, если вы не хотите, чтобы ваша еда остыла!
Стоило мне переступить порог столовой, как все мужчины встали, поприветствовали меня и заняли свои места только после того, как я, скрипнув стулом по паркету, села рядом с хозяйкой дома. Взглядом я отыскала Лиама. Он радостно улыбнулся мне и кивнул в знак приветствия.
– Простите, что начали трапезу без вас, моя дорогая, – обратилась ко мне леди Кеппох. – Мы не знали, спуститесь ли вы к завтраку.
– Это мне следует просить прощения за опоздание, – пробормотала я смущенно. – Сегодня утром я встала не так рано, как надлежало бы.
– Вы ничем нас не стеснили, милая Кейтлин! – заверила меня хозяйка дома, ласково потрепав по руке. – У вас впереди длинный и хлопотный день, поэтому хорошо, что вы как следует выспались!
Чья-то нога тихонько тронула мою ногу под столом. Я стрельнула глазами в сторону Лиама, сидевшего напротив меня, справа от хозяина. Лукаво улыбаясь, он протянул мне блюдо со свежими хрустящими булочками.
– Вы хорошо спали, Кейтлин? – спросил Колл Макдональд, окинув меня оценивающим взглядом.
Он был на целую голову ниже Лиама, но такого же крепкого телосложения; черные волосы, черные глаза и смуглый оттенок кожи позволяли предположить, что в жилах Колла текла кровь не только его далеких предков-ирландцев, но и галисийцев. В общем и целом он был довольно-таки хорош собой. Свой клан он возглавлял уже двенадцать лет. В свое время, когда его отца, Александра Макдональда Гласа, убили, ему пришлось прервать обучение в университете Сент-Эндрюс и в совсем юном возрасте принять бразды правления.
– Очень хорошо, – ответила я, робея под взглядами столь многих глаз, уставившихся на меня со всех сторон стола.
– Так, значит, это вы похитили сердце Лиама! Он рассказывал, что вы встретились на дороге в Данди.
Меня захлестнула паника, и я нервно сглотнула, не зная, что ответить. Лиам тихонько коснулся моей ноги и кивнул. Колл по-прежнему не сводил с меня глаз, но лицо его ровным счетом ничего не выражало.
– Да, можно сказать и так, – ответила я, не в силах справиться с волнением.
– Колл, какие новости из Эдинбурга? – спросил Лиам, чтобы сменить тему разговора, за что я была ему очень признательна.
– Два дня назад нам прислал весточку с нарочным Аласдар Ог, он как раз сейчас в Эдинбурге. Расследование дела Гленко продвигается очень медленно. 7 июня комиссия заслушала коменданта Джона Хилла, который прихватил с собой Форбса, Фаркара и Кеннеди – солдат из Форт-Уильяма. Шериф Кэмпбелл из Ардкингласса и младший шериф Кэмпбелл из Дрессалха в ближайшее время тоже должны явиться и объяснить членам комиссии, куда подевалась подписанная Макиайном присяга на верность королю. Что до Джона и Аласдара, то они и еще восемь представителей клана предстанут перед комиссией до конца этой недели и расскажут все о… о той ужасной бойне.
– А этот поганец Гленлайон? – громко и сердито спросил Колин.
Он нервно постукивал пальцами по столу, и было ясно, что думает он только о мести. Саймон, который до сих пор весьма невежливо ковырял в зубах ногтем, тоже посмотрел на хозяина дома.
– Как тебе известно, Колин, аргайлский полк нынче в Намюре, на континенте, и король, разумеется, не отпустит своего капитана только затем, чтобы он свидетельствовал перед какой-то комиссией. Так что пускай они все там и остаются. А французский король покосит их, как спелую пшеницу! И тогда их кровь не осквернит нашу землю.
