Пока обдумывал перспективы, несколько раз чуть не угробился об препятствия. Но ледяной скат, имеющий небольшую ложбинку, уводил всякий раз мое тело в сторону.
Снова моя траектория резко сворачивает, и я влетаю в глубокий желоб меж двух гребней. А потом и вовсе надо мной появляется сначала снежный, а потом из обледенелых камней свод.
– Теммно, – опасливо комментирует химероид.
– Логично, после яркого света, отражаемого от льда и снега, – бурчу я.
И чего он прицепился ко мне? Летел бы по своим делам, раз «дрррако-о-он».
Что и предлагаю существу уже вслух.
– Жрррать! – напоминает он о причинах нашего совместного спуска.
А, ну да…
Пусть глаза еще не привыкли к отсутствию источника света, но вестибулярный аппарат у меня в порядке. И я чувствую, как вновь меняется направление скольжения и его угол.
Перед лицом проносится что-то громоздкое, чуть не задевая кончик моего носа и напоминая об опасностях. По-моему, это каменная глыба.
Уворот +1.
О! Система посчитала, что я сам резко избежал столкновения? Возможно и предыдущие уходы от препятствий тоже ушли в зачет. Хоть что-то в этом спуске хорошее. Хотя, тот факт, что я благодаря этому теперь нахожусь еще ближе к подножию огромных и высоченных гор и скал, тоже очень радует. Получается, мне удалось нехило так сократить путь.
– Полллетать?
– Ну, нахрен! Заткнись и не каркай!
Твердая поверхность подо мной резко пропадает. Секунда свободного падения и мои ноги втыкаются в очередной сугроб и там застревают. А импульс движения бросает мое тело вперед. Мордой в снег.
– Ффука, – пытаюсь сказать сквозь снег.
– Жрррать?
Эта скотина, как ни в чем ни бывало, перебирает своими крабьими лапками по моей спине. И я чувствую, как она дергает за заплечный мешок.
Это обстоятельство заставляет напрячься и выпрямиться. Отчего химероид, не ожидающий такой подставы, отлетает назад.
– Полллетать! – пародирую его и оглядываюсь.
Пещера. Просторная и довольно светлая от множества отверстий в высоком своде. Я нахожусь у самого края пещеры, ногами в большом пирамидальном сугробе. Похоже, с него нужно поскорее слазить, пока какая-нибудь лавина не съехала и не похоронила меня тут.
Да, и вообще, пещеры мне уже осточертели, но… Здесь в некоторых зонах, куда падает свет, растет мох и видны чахлые кустики. А самое интересное, у одной из стен замечаю кострище, обложенное камнями. Интересно…
Когда приступаю к выдергиванию ног из сугроба, начинаю чувствовать шевеление вещмешка, потом тихое дыхание в ухо и в завершении тихое, скрипучее и протяжное:
– Жррра-а-ать?
Глава 41. Правильно – тупоноид. А ласково – тупорылка.
– Да, дам тебе пожрать, дам! – рявкаю я. – Выбраться не мешай!
Решаю, что поделюсь с химероидом одной из тушек. Может, отстанет тогда. Если нет – прибью.
А еды еще добуду. Место тут перспективное. Наверное.
Спустившись с большущего сугроба и отойдя от него на несколько метров, достаю из вещмешка самую маленькую тушку крысюка. И отдаю цокающему лапами химероиду.
– Жри!
Тот с радостным: «Жррра-а-ать!» – вцепляющемся в подгорелое мясо своим клювом.
Вы спасли неумираемого химероида из окружения опасными существами.
Вы подарили неумираемому химероиду полет, которым его разум грезит.
Вы накормили неумираемого химероида и спасли от череды голодных смертельных состояний.
Неумираемый химероид вам благодарен и, не желая больше оставаться один, а так же, надеясь теперь всегда жрать за ваш счет, становится вашим питомцем. И он будет следовать за вами везде и всегда. От него уже не избавиться…
Дайте питомцу имя: _____
Да, как так?! За что?! Больше всего страшат слова «везде», «всегда» и «не избавиться». А еще невозможность отказаться от питомца. Специально для этого в интерфейс залез.
– А ну, отдай! – подбегаю к химероиду и пытаюсь вырвать из клюва остатки туши. – Я плохой! И злой! От такого как я валить надо!
Тот нифига не отдает. Вцепился, зараза!
– Жжрррра-а-ать! – шипит он через прикрытый клюв. – Хозззяин пыжжждук!
– Ах, ты тварь неблагодарная! – со всей дури пинаю его ногой.
Тот отлетает довольно далеко, но мясо из клюва не упускает и продолжает его уплетать.
– Вот, скотина! – сплевываю я.
– Дрррако-о-он! – протестует химероид, чуть отодвигаясь подальше и опасливо поглядывая на меня. – Горррдый!
И по его виду я догадываюсь, что тот боится не моего рукоприкладства, а что жратву отнимут.
Смотрю на эту наглую попугайскую морду и сообщаю:
– Ты не то что не дракон, ты даже ни совсем какаду. В общем, Кеша ты, недоделанный.
– Кешшша? – склоняет тот голову чуть набок. А затем радостно выдает. – Кешшша дрррако-о-он!
