Долина теней полностью

Часть первая.

Vallée de l'ombre[ «Долина теней» — фр.].

Основано на реальной истории.

Fiat lux[Да будет свет!]!

Ты не сможешь попасть сюда. Вполне возможно, что оно и к лучшему: Долина Теней — не самый привлекательный вариант для совершения прогулки. Тучи… по неведомой никому причине, они никогда не покидают это несчастное место. Вполне возможно, что виной тому — климатическая зона. А может быть и происки какого-то злого волшебника. Впрочем, это почти одно и то же.

Однако, не смотря на всю непривлекательность Долины Теней, этот мир вполне обитаем. Живут там… Там живут. Это все, что нужно знать. Форм живых существ в этом неприветливом мире довольно много. Численность их тоже разнится.

Большинство — люди.

Решительно невозможно утверждать, что ты знаешь этот мир. Проживи в нем хоть тысячу лет, а все найдешь что-то новое. Новое, и крайне неприятное.

Есть еще одна вещь, которую нужно знать — время. Его там будто бы и нет. Оно словно остановилось и несется вскачь одновременно. Если бы кто-то, кто жил в Долине Теней тысячу лет назад, очутился там в наши дни — он бы не заметил разницы. Там всегда было одно и то же: бесконечные сумерки, неостановимая влажность, регулярное покашливание где-то за спиной и грязь.

Чем можно удивить тех, кто живет там? Каждый день, каждое утро, с трудом пробивающееся сквозь тучи утро, выходит очередной номер газеты. Газета почти всегда сера и скучна: снова какие-то твари в тенях загрызли очередного бедолагу, вновь кто-то кого-то вызвал на дуэль и пристрелил мерзавца (ясное дело: если проиграл на дуэли — значит, мерзавец) и объявления о купле-продаже почти всего. В Долине Теней нет того, что вы не смогли бы продать или купить. Спросом пользовались даже детские зубы. Особенно детские зубы. Так что удивить обитателей Долины Теней весьма трудно. А уж запугать… Все живут там в страхе. Если тебя убьют — никто не станет искать убийцу. Смерть — самое страшное?

Если бы.

Некрофаги не дадут вашим мощам залежаться в земле: неподалеку от Города целая страна этих тварей. Лянь. Страна некрофагов.

Ничего удивительного в том, что все покойники предпочитают кремацию альтернативным способам погребения. Да, у покойников там тоже есть мнение. Впрочем, если твоя семья действительно имеет финансовые трудности — всегда можно вступить в легион некромантов. Правда, тебя убьют и заставят служить какому-нибудь мерзкому типчику, но… Зато твоя семья получит солидное вознаграждение. Разве это плохо?

Нет.

Глава первая.

Bonus fortuna[Желаю удачи!]!

Джейк слышал, но не слушал крики. Всегда там кто-то кричал: то испуганно, а то наоборот, радостно. Трактир — не лучшее место для четырнадцатилетнего мальчишки, скажете вы. И будете чертовски правы. Джейк бы тоже с вами согласился, но он не преминул бы сказать и о том, что голод-то, как известно, не тетка, в лес не уйдет. А еда сама по себе в тарелке не появится.

У Джейка, помимо голода, была маленькая сестра по имени Лиз. И она тоже хотела кушать. Странно, правда?

Мать у них тоже была. Только она была так давно, что дети не могли вспомнить, когда видели ее в последний раз: то ли в прошлую пятницу, а то ли два года назад. Никто не знал, где она, а отец — не говорил.

Да, отец Джейка и Лиз…

Их отец — плохо пах. Это было одно из первых ощущений-впечатлений, которые Джейк отложил в своей голове, относительно отца. Их отец тоже появлялся дома довольно редко. Но у него была работа: их отец работал вором.

Правда, не очень успешным вором.

Поэтому Джейку, как только он стал осознавать себя более-менее взрослым, пришлось искать свой источник дохода. Именно поиски любой работы, которая могла бы обеспечить пропитание ему и его маленькой сестре и привели к тому, что мальчик работал в трактире. Порой ему даже разрешали уносить домой объедки!

Невероятная щедрость.

Жили Джейк и Лиз (и отец, когда он вспоминал о существовании детей) в маленькой комнатушке маленького старого домика. Домишко, в котором расположена их комнатка, был деревянным, одноэтажным — но с просторным чердаком, на котором иногда кто-то начинал ходить и покашливать — и разделенным на четыре крохотные части. В первой жили Лиз и Джейк. Во второй — какая-то старушка в черном саване. Джейк все детство думал, что она — банши. В третьей никого не было. Вроде бы. Но там всегда было темно, и, если Джейк заглядывал через окно внутрь, у него складывалось отчетливое впечатление, что кто-то смотрит на него в ответ из полумрака.

Становилось от этого жутко.

А четвертую часть дома кто-то постоянно сдавал внаем. Кто — Джейк не знал, но из-за стены, отделявшей их комнату от «наёмной», постоянно слышались разные звуки. Порой — леденящие душу стоны, а порой — злорадный смех. Иногда сквозь стены сочилось звуковое амбре, которое отец называл «сладострастие».

И чердак. Всегда был чердак.

У которого никогда не было входа и четкого объяснения того, что же там происходит.