Дальше шли внимательнее, каждый хотел себя проявить. Развлечение, увлекательное и неопасное, раззадоривало успевших заскучать на балу студентов. Следующую иллюзию — огромного бурого медведя — развеял Кельт, еще две достались Боллету и Вайолет, а дальше все замерло. Мы шли и шли, плутая в бесконечных коридорах, и студенты заскучали и совершили главную ошибку — расслабились. Бриджит болтала с Лили, Боллет и Паркинс оглядывались на них, стреляя глазами в сторону тьяры, Кельт психовал, а Вайолет расспрашивала меня о том, почему я захотела преподавать в Милхоре.
— Сосредоточьтесь! Сейчас самый ответственный момент. Это затишье наступило не просто так, — прикрикнула я, стараясь быть убедительной, но послушалась только женская половина команды, мужчины мой командный голос проигнорировали, продолжая перебрасываться короткими фразами.
Белый камень стен постепенно сменился черным, и небо над головой покрылось тяжелыми серо-синими облаками. Я и сама чувствовала, что хочется отвлечься и расслабиться, но только крепче сжимала кулаки, двигаясь вперед.
Сюрприз, хоть и заставил себя ждать, но был впечатляющим. Одновременно из-за поворота на нас выскочили три волка, а по стенам бесконтрольно в огромных количествах поползли лесные демоны стригги — огромные пауки с двадцатью лапами. Если бы они были настоящими, мы бы однозначно не смогли справиться, слишком много их струилось по стенам. Но с иллюзиями все проще. Их проворные лапы не жалят ядом, который может убить, если вовремя не оказать помощь, а маленькие черные глазки не вводят в гипнотический сон, который превращает жертву в послушную амебу.
Так что за дело мы взялись бодро. Я и Паркинс одновременно расправились с волками, а остальные боролись с омерзительными стриггами, покрывшими все стены и пол под ногами. Скоро к ним присоединились и мы с Паркинсом. Было слышно только сосредоточенное пыхтение и редкие ругательства, когда иллюзии удавалось ускользнуть.
Как только подумала о том, что пора бы уже закругляться, как из-за угла выползла новая партия пауков. И я тут же почувствовала, как закружилась от ужаса голова. Шарахнула по иллюзии заклинанием, но пауки лишь бросились в разные стороны, никого задеть не удалось. Новенькие были проворнее тех, что мы уже развеяли. Я не успевала швырять заклинания и следить за пауками, как вдруг осознала, что здесь что-то не так.
— Это не иллюзии! — как бешеная заорала я, испугавшись своих же слов. — Они настоящие! Оборонные и боевые заклинания…
Я не успела закончить свою мысль, отвлекшись на стригга, потянувшего ко мне лапу. Ладно, и так поймут.
— В глаза не смотреть!
В этот же момент под ноги мне рухнуло массивное тело Боллета, погрузившегося в гипнотический сон.
То ли студенты продолжали бороться с пауками, как с иллюзиями, то ли ослушались моих команд, то ли просто выдохлись, но скоро на ногах стояли лишь мы с Вайолет и Бриджит. С расширенными от ужаса глазами, мы отбивались от демонов, которых отчего-то не становилось меньше. Вскоре и Вайолет неосторожно взглянула на подползшего слишком близко стригга, и упала навзничь.
Стены вокруг дрожали и шли волнами, как будто кто-то снаружи пытался убрать иллюзию, но пауки все ползли и ползли, а стены стояли намертво, закрывая нас ото всех.
Моя голова кружилась от скользящих коротких взглядов на низших демонов. Еще пару раз, и я так же как остальные окажусь на полу. Еще несколько минут или секунд, и я не выдержу, сдамся. Спиной я почувствовала, как слабеет Бриджит, прижимаясь ко мне, чтобы не упасть.
Иллюзия дрогнула, оглушительно громыхнув, и начала рассеиваться. Но пауки, соскользнув на пол, никуда не исчезали. Голова закружилась, я моргнула, чувствуя, как слабеет тело, и векам совсем не охота снова открываться.
Чьи-то руки подхватили меня, не дав упасть. И глаза все же пришлось открыть. Иллюзия рассеялась, бальный зал был похож на побоище, по всему полу лежали тела студентов, конкурсантов и стриггов, кто-то еще держался на ногах, сам ковыляя к целителям — в центре всем постепенно оказывали помощь. Огромное количество магов добивали остатки лесных демонов.
Тело стоявшей со мной до последнего Бриджит вместе с моим поднесли к целителям, и оставили. Ожидая, что и со мной поступят так же, я бессознательно съежилась в руках спасителя, вжимаясь в широкую грудь, не желая покидать безопасное место. Но меня, вопреки страхам, прижали к себе, успокаивающе погладили по волосам, и понесли прочь.
Казалось, что мы не шли, а летели. Но нет, когда голова немного прояснилась, вокруг стало тихо и безлюдно, я услышала звук шагов. И, наконец, посмотрела на лицо того, кто вынес меня из побоища. Хоть я и догадывалась, кого увижу, все равно стало невыносимо тепло в груди, когда я разглядела арха, и неожиданно захотелось плакать, словно вновь стала маленькой девочкой и теперь можно все, даже зарыдать, признавая свой страх и слабость. Но слез отчего-то не было, тело просто потряхивало, словно мне было холодно.
