— Нет, это единственный срок в тюрьме, который она отбывала. Это, наверное, стало для нее сигналом одуматься. Больше заключений не было. После того, как ее выпустили, она перебралась во Флориду и вышла замуж. Вообще-то она была замужем дважды. Оба мужа были состоятельными. Первый муж умер внезапно, и она оказалась главной наследницей. Гомез подозревали в причастности к его смерти, но никаких обвинений против нее выдвинуто не было. После этого она переехала в Нью-Йорк. Там она и встретила мужа номер два.
Еще одна пауза.
— Нет, второй муж очень даже жив. От него она избавилась старым добрым способом — развелась. Они не составляли брачного контракта, и она обогатилась на пару миллионов. После развода она переехала в Англию.
Снова пауза.
— Я не знаю, чем она занималась после этого, но похоже, что она не впутывалась в неприятности. Я видел ее фотографии во все эти периоды жизни. Эта женщина — хамелеон. Каждый раз смотришь будто совсем на другого человека.
Еще одна пауза.
— Без проблем, сейчас пришлю.
И опять пауза, за которой на этот раз последовал вздох.
— Хорошо, если я выясню что-то еще, я сразу тебе позвоню.
В тишине, воцарившейся после этого, стал слышен стук пальцев по клавиатуре. Никки выждала несколько секунд, чтобы убедиться, что разговор действительно окончен, потом сделала шаг назад и взялась за дверную ручку. Она еще раз медленно сосчитала про себя до трех, потом опустила ручку и открыла дверь. Человек резко повернул голову на звук, и их взгляды встретились. Удивление и замешательство на его лице сменились страхом, когда он заметил пушку у нее в руке; страх на лице Никки сменился замешательством, когда ее взгляд упал на мониторы. Их было в общем счете четыре, они располагались в форме квадрата: два внизу, два вверху. Она узнала себя на верхнем мониторе слева. Она была в гостиной их дома на Чёрч-роу, сидела на диване, поставив ноутбук на колени. Однако куда больший интерес у нее вызвал монитор рядом с ним. Он показывал Беллу, лежащую на своей кровати, болтающую ногами, пока она играла во что-то на планшете.
— Чего ты хочешь?
Никки оторвала взгляд от мониторов и посмотрела на мужчину. Ему было за сорок, одет он был в поношенную черную футболку и джинсы. Его глаза постоянно бегали между ее лицом и пистолетом у нее в руке. Никки понимала его растерянность, потому что сама была не в лучшем положении, ее взгляд перемещался с мониторов на мужчину, потом обратно на мониторы, пока она судорожно пыталась понять, какого же дьявола здесь творилось. Мужчина между тем не произносил ни слова, просто сидел с отвисшей челюстью и пялился на нее широко открытыми настороженными глазами.
— Почему у вас видеозапись с моей дочерью?
Мужчина покачал головой.
— Почему вы здесь? Вы должны быть не здесь. Вы должны сейчас быть в доме.
— Никки, ты должна сконцентрироваться.
Они оба посмотрели на «нокию».
— Единственное, о чем тебе следует побеспокоиться, это о том, чтобы отвести профессора Мюррея в машину и привезти его в дом.
— С кем вы разговариваете? — спросил Мюррей.
— Заткнитесь, — прикрикнула на него Никки.
Она рассекла воздух пистолетом прямо перед собой, этот взмах пришелся одновременно со словами.
Мюррей отшатнулся назад в своем кресле, крепко зажмурил глаза, ожидая выстрел.
— Не стреляйте.
— Тогда заткнитесь. Мне надо подумать.
Она посмотрела на мониторы опять, но все, что она видела, это Беллу. Она была в безопасности и счастлива, и это было ложью: ни первое, ни второе не соответствовало истинному положению вещей. Ей казалось, что реальность напирает на нее со всех сторон, пытаясь раздавить. Она снова перевела взгляд на Мюррея. Он поднял руки и прижался спинкой кресла к столу так плотно, как только было возможно. Мюррей. Имя было ей знакомо. Не был ли это тот самый Алекс Мюррей, который создал программу для Элис?
— Что происходит?
— Никки, — сказала Лора резко, — я попросила тебя кое-что сделать. Я не буду просить дважды. Или выполняй, или я вешаю трубку и в следующий раз, когда ты получишь от меня весточку, это будет видео с твоей дочерью.
Никки глянула на мониторы. Она узнала одежду, которая была на ней — эти вещи она носила в предыдущий день. Одежда на Белле также была вчерашней, — она узнала футболку с единорогом. Сценки, которые демонстрировались на мониторе, казались такими нормальными. Не было никаких предзнаменований, что все пойдет прахом.
— Последний шанс, Никки, — сообщила Лора.
Никки отвела взгляд от мониторов и покрепче сжала пистолет в руке.
— Вам придется пойти со мной.
Мюррей покачал головой:
— Я никуда не пойду.
— Я пристрелю вас, если не пойдете, — Никки направила пистолет на него — дуло теперь указывало ему в грудь.
По телевизору такое выглядело настолько просто. Прицелиться и нажать на курок. В жизни все было по-другому. Может, ее палец и обвился вокруг курка, но она все еще не имела представления, что она делает.
Мюррей кивнул на «нокию».
— Кто бы там ни был на том конце линии, он хочет, чтобы ты привезла меня куда-то. Суть в том, что он хочет, чтобы ты привезла меня живым, так что ты не выстрелишь.
