– Поехали отсюда! - сказал он милиционерам, как только Кириллов пришел в себя. - Сами понимаете, опознавать тут нечего, все обгорело к чертовой матери.
Все сели в машины, и вновь замелькали за окнами леса, поля и деревеньки. В одной из них "жигуленок" замедлил ход, свернул в боковую улочку и остановился около покосившегося забора. В доме залаяла собака. Сидевший за рулем блондин несколько раз нажал на клаксон и крикнул:
– Тетя Вера! А ну подь сюды! И дядю Колю позови!
Внутри засуетились, и вскоре на тропинке перед калиткой показалась женщина неопределенного возраста в платке и пуховой кофте, накинутой поверх цветастого платья. За ней прихрамывал мужик в драном ватнике и пузырящихся на коленях выцветших тренировочных штанах. Судя по цвету лица и блеску глаз, супруги Кочетковы уже успели "принять" на грудь, хотя до вечера было еще далеко.
– Костенька, да ты заходь, заходь! - стала приглашать женщина, но блондин покачал головой:
– Здесь поговорим. Расскажи товарищам, как вы встретили женщину на иномарке. Когда это было?
– В четверг. В четверг было, - уверенно заговорила тетя Вера, а муж ее согласно закивал. - Идем мы, значится, с Колей из лесу, грибов набрали - страсть, еле несем, хоть в этот раз и договорились только белые да красные брать. Чудеса прямо, сколько живу, не помню, чтоб столько грибов было, не иначе к войне…
– Не отвлекайся! - перебил милиционер. - Про машину рассказывай.
– Ну вот, идем мы, значится, по сашше, дождь как из ведра, а тут машина едет. Красивая, видать заграничная, у нас тут ни у кого таких нету. Я еще Николаю своему сказала, смотри, Колька, машина какая, ну точно как по телевизеру, когда девка пепсу из бутылки попьет да в нее и садится. - (Мужик опять закивал). - Только та, в телевизере, белая, а эта темная. Серая или коришневая, не разобрала я… Глаза-то уже не те, чай, не семнадцать годков…
– Короче, теть Вер, - опять перебил ее страж порядка.
– Ну вот, машина и остановилася прям около нас, а из нее молодка выглядывает. Красивая такая, стриженая, на актерку похожа.- На какую артистку? - спросил вдруг Витек. - Ну где играет, в каком фильме, сериале?
Женщина запнулась и удивленно поглядела на него, потом на милиционеров.
– Да это ж я так просто сказала, - ответила она после паузы. - Красивая - ну, значит, как актерка и есть.
– Ну продолжай, продолжай, только лишнего не говори! - поторопил милиционер. - О чем эта женщина вас спросила?
– Спросила, как в Захаровку проехать. Мы сказали, она и покатила дальше. Вот и все.
– Может, вы еще что-то запомнили? - опять вступил в разговор Витек. - Номер машины или во что женщина была одета?
– Тужурочка на ней была, - уверенно отвечала тетя Вера. - Кожатая такая, светлая. И фуфайка вот этак, -показала, - под горло.
– Ну что, поехали в отделение? - спросил блондин, и все вновь двинулись к машинам.
В отделении Кириллову и сопровождающим предъявили протокол допроса свидетелей, обнаруживших машину и труп. Четверо мальчишек с 1989 по 1993 годы рождения сообщали, что ходили в лес за грибами, добрели до карьера и увидели на дне останки машины, которой раньше там - они точно это знали - не было. Мальчишки спустились вниз, осмотрели автомобиль и, к своему ужасу, нашли там обгоревший труп, "страшее, чем в кино".
Последней каплей были предъявленные для опознания вещи Тины - полусгоревшая лайковая курточка, перепачканный сажей остроносый сапожок, остатки сумочки, спицы от зонта с сохранившимся лейблом "Christian Dior", оплавленные золотые часы, которые Стас купил в Швейцарии в подарок жене на десятилетнюю годовщину свадьбы, большая связка ключей от их дома и кулон от Тиффани - Тина считала его своим талисманом и никогда не снимала.
Последняя надежда рассыпалась в прах. Стас застонал, закатил глаза, и Витек с Виолеттой метнулись к нему. Милиционеры бесстрастно наблюдали за этой сценой.
– Я понимаю, как вам сейчас тяжело, и сочувствую, - проговорил наконец блондин Федчук, - но я должен выполнять свой долг. Нужно подписать протокол об опознании.
Худощавый застучал по клавишам пишущей машинки.
– У кого-нибудь есть выпить? - хрипло спросил Стас.
Витек вопросительно посмотрел на милиционера. Тот кивнул в окно:
– Там, через дорогу, палатка.
Охранник вышел, остальные ждали в полном молчании, тишину нарушал только стук машинки. Виолетта несколько раз чихнула - как бы не простудиться! Вернулся Витек, поставил перед хозяином чекушку водки и пластиковый стакан, положил буханку серого деревенского хлеба.
– Коньяка у них нет! - извинился он.
Стас только рукой махнул, свернул с водки крышку, глотнул прямо из горлышка, закашлялся. Милиционер звонко крутанул каретку и выдернул лист бумаги из машинки.
– Готово! Распишитесь на каждом листе, вот здесь, внизу. И вы тоже! - обратился он к Виолетте.
– Ну на сегодня все, можете быть свободны! - сказал Федчук.
Стас поднялся и на нетвердых ногах пошел к двери.
– Водку-то заберите! - крикнул вслед худощавый, но Кириллов только рукой махнул.
– Когда будут готовы результаты экспертизы? - спросил, задержавшись, Витек.
